– Ты еще не забыла, как нужно ходить тихонечко? Это тебе точно понадобится. Также нужно придумать историю.
– Что еще за историю? – Она постепенно теряла нить разговора.
Лукас легонько сжал ее плечи.
– Все равно какую. Главное, чтобы она выглядела правдоподобной. – Несколькими словами он обрисовал ей то, что она должна будет сделать.
Мадлен смотрела на него одновременно и с восхищением, и тревогой.
– Это… Если меня поймают, меня тоже посадят в тюрьму.
– Я сомневаюсь в этом, но… – Он помедлил, затем заговорил очень серьезно. – Да, Мадлен, я знаю, что это большой риск. Но ты единственная… – Он замолчал, а затем неожиданно поднял руку и нежно приложил ее к щеке Мадлен. – Ты единственная, кому я доверяю.
Смущенная и в то же время взволнованная тем, как горела ее щека под ладонью Лукаса, она смотрела вниз на свои колени и ничего не отвечала.
Оба надолго замолчали, а затем она почувствовала, как он нежно провел большим пальцем по ее скулам.
– Мадлен, ты мне поможешь?
Пересиливая себя, она подняла свои глаза и тут же уперлась в его, смотревшие на нее с уверенностью и надеждой.
– Я не знаю…
Он перестал гладить ее щеку и очень медленно приблизил свое лицо так близко, что она кожей ощущала его дыхание.
– Мы же друзья, правда? – не проговорил, скорее, мягко прошелестел он ей в ушко.
Мадлен тяжело сглотнула.
– Да. – Она едва могла говорить. – Конечно, мы друзья.
– Тогда помоги мне, пожалуйста. Как иначе мне смыть позор с моего имени?
Его губы приблизились еще больше, пока не коснулись уголка ее рта. Тут он остановился.
– Пожалуйста, Мадлен.
В ее животе начался такой зуд, как будто она проглотила полчище муравьев, а сердце застучало так сильно, что закружилась голова. Не в состоянии двинуться, она закрыла глаза и невольно задержала дыхание.
– Пожалуйста, – повторил он шепотом – а затем внезапно отпустил ее.
В замешательстве Мадлен открыла глаза. Лукас все еще сидел на нарах, только чуть отодвинувшись, и смотрел на нее в ожидании ответа. Теперь, получив возможность дышать, она сделала глубокий вдох и тут же громко выдохнула.
– Ты действительно хочешь сам отправиться на поиски правды?
– А кто больше меня заинтересован в том, чтобы докопаться до истины?
– А потом ты вернешься и расскажешь присяжным, как все действительно было?
– Они об этом узнают. – Грозные нотки снова вернулись в его голос.
Мадлен резко поднялась, подошла к двери и позвала старого Айка.
– Я не могу тебе обещать, что это получится. Если я не сумею проскользнуть или добраться до ключей…
– У тебя все получится, Мадлен. – Теперь горячая дрожь пробежала по ее спине уже от его улыбки. – Я в этом абсолютно уверен.
Лукас остановился на некотором расстоянии от дома семьи Тыненов, спрятавшись за старой липой. Он понимал, что ведет себя как идиот. Сегодня вечером ему не удастся поговорить с Мадлен. Можно было бы бросить камешек в ее окно, но это выглядело бы слишком по-детски, да и небезопасно. Особенно, если его кто-то застанет за этим. Пожалуй, разумнее было обратить внимание на фон Вердта и как-то выяснить, что же все-таки он тайком делал после обеда в доме Тыненов.
Под аккомпанемент своих размышлений Лукасу довелось понаблюдать еще и за сценой трогательного прощания фон Вердта и Мадлен, чей трепетный поцелуй прервал хозяин дома. Тот вышел на порог в сопровождении супруги, которая, как встревоженная наседка, сразу же закудахтала вокруг Мадлен и Петера. Ее громкие эмоциональные реплики долетали и до Лукаса. Несмотря на столь поздний час, она приглашала фон Вердта зайти вместе с ними в дом, однако тот вежливо отклонил приглашение и направился домой.
Кученхайм, оставаясь за деревом, проводил его глазами. Дверь за Тыненами закрылась, вокруг воцарилась абсолютная тишина. К черту. Сегодня он больше ничего делать не будет. Лучше всего пойти домой зализывать раны и все обдумать еще раз.
Он только хотел покинуть свое укрытие, как заметил, что фон Вердт развернулся и идет по направлению к нему. Лукас мгновенно спрятался за дерево, а Петер быстрым шагом прошел мимо него, ничего не заметив.
– И куда это на ночь глядя, полковник? – с подозрением пробормотал капитан себе под нос. Два обманных маневра за один день – это уже не могло быть случайностью.
Неприметный, как тень, Лукас уже в третий раз за день приступил к преследованию. Едва он понял, что фон Вердт шагает в сторону ворот Фойхтстор, у него возникли нехорошие предчувствия. И они подтвердились, когда Петер, прошептав что-то стражу у ворот, исчез в сторожевой башне. В задней части башни была встроена небольшая, обычно плотно закрытая калитка, ведущая из города, которую использовали только в чрезвычайных ситуациях.
