Чертыхнувшись про себя, Лукас остановился на некотором удалении от ворот. Если следовать за Петером слишком близко, тот может его заметить, однако угроза потерять полковника из виду подталкивала капитана к решительным действиям. Он одернул свой китель, принял молодцеватую осанку и почти строевым шагом приблизился к стражу у ворот, которого узнал еще издалека. Вернер Фалькенбах, когда-то его хороший друг, с которым Лукас провел не один вечер, играя в карты под вино или пиво в «Золотой кружке» либо «У мельника». Теперь Фалькенбах был уже женат, имел троих детей и управлял делами своего отца. Узнав Лукаса, он удивленно улыбнулся.
– Надо же, кто это у нас тут? Хорошего тебе вечера, Кученхайм. Давненько ты не появлялся на людях. С тех пор, как вернулся, ни разу еще не заглядывал к нам.
– Добрый вечер, Фалькенбах. – Лукас похлопал стражника по плечу. – Ты прав, мне давно уже пора было навестить вас. Увы, обязанности не оставляют мне и минуты свободной.
Фалькенбах рассмеялся.
– Кто бы мог подумать, что я когда-нибудь услышу от тебя такое. Кученхайм, ведь казалось, ты никогда не будешь взрослым, но так сталось. – Обрадовавшись, что его слова сложились в рифму, стражник рассмеялся пуще прежнего.
– Ладно тебе, хватит. – Лукас криво улыбнулся. – Как я посмотрю, ты все еще прилежно сторожишь.
– Раз или два в неделю, – подтвердил его друг, теперь уже серьезно. – Если ты на самом деле решишь здесь остаться, городской совет и тебя обяжет нести вахту.
– Ничего не буду иметь против. – Лукас то и дело крутил головой. – А скажи-ка, это не фон Вердта ты только что выпустил за ворота? Я как раз его ищу. – Он похлопал рукой по кителю, где размещался внутренний нагрудный карман, как будто там было спрятано сообщение. – Речь идет о срочном деле, и касается это Куркельнского полка.
– Да, так и есть, это был фон Вердт. Он тоже говорил о каком-то деле куркельнцев, в связи с которым ему сегодня вечером еще предстоит встретиться с кем-то за пределами города. Похоже, вы ладите друг с другом? – Фалькенбах проводил Лукаса в башню и отодвинул засов на калитке. – Если поторопишься, ты его догонишь. – Он немного понизил голос: – Я надеюсь, это никак не связано с голландцами.
Лукас встревожено переспросил:
– С голландцами?
– Да, ты же знаешь, люди волнуются из-за того, что их войска подходят все ближе, а сейчас, когда французы заняли Маастрихт, еще и испанцы с австрийцами вмешались в эту войну. Не хотелось бы, чтобы они все тут у нас сошлись.
– На данный момент такой опасности, скорее всего, нет. Людовик XIV, насколько я слышал, отправил в войска двух своих самых способных полководцев, Конде и Тюренна. Они должны остановить войска кайзера в Эльзасе или на Среднем Рейне. Скорее всего, сюда они не дойдут.
– Будем надеяться, что ты прав.
– Фон Вердт сказал, в каком направлении он собирается идти?
– В Вормерсдорф.
– Спасибо, Фалькенбах. – Лукас кивнул старому другу. – Увидимся.
– Я надеюсь, что так. Заходи к нам, моя жена будет рада увидеть тебя снова.
Лукас уже проскользнул через ворота.
– Привет Барбаре от меня. – Он едва заметно улыбнулся. – О том, что женишься именно на одной из дочерей Кристофа Ляйнена, ты, вероятно, несколько лет назад и мечтать не смел.
– Нет, правда, нет. – Фалькенбах засмеялся. – И уж точно не мечтал о моей Барбаре. Она всегда была настроена по отношению ко мне очень воинственно.
– И как ты ее переубедил?
Фалькенбах стал серьезным.
– А мне и не пришлось этого делать. После того, как понял, что она такая колючая лишь потому, что я не проявлял своих серьезных намерений по отношению к ней, а она думала, что я хочу с ней только поразвлечься, все очень быстро прояснилось. – Фалькенбах снова улыбнулся. – Поэтому мой тебе совет, старый друг: если ты к своему делу и своему дому хочешь добавить еще и достойную супругу, говори с ней прямо, не держи в секрете своих планов. Женщинам это не нравится.
Губы Лукаса растянулись в усмешке.
– Я запомню. На будущее.
– Тебе нужен свет? Могу дать тебе смоляной факел.
– Нет, спасибо. – Лукас покачал головой. – Луна кажется достаточно яркой.
– До следующей грозы. На севере снова полыхает. – Фалькенбах кивнул в том направлении.
– Я буду дома намного раньше, чем гроза вернется сюда снова. – Он еще раз кивнул Фалькенбаху и поспешил вперед.
Лукас услышал, как за ним закрылась калитка. Затем он быстрым шагом дошел до развилки. Если он пойдет прямо, то попадет в Меккенхайм, дорога направо вела в Вормерсдорф, а налево, через лес, – во Флерцхайм.
