— Ладно, — вздохнул Элай. — Сделаю.
— И в комнату тоже.
— В комнату нет, — покачал он головой.
— Да почему?! — взвилась я.
— Правила. Мы одна стая, Вив. Одна семья. Если тебя что-то не устраивает… — Элай многозначительно помолчал.
— Что ж, спасибо и на этом, — поблагодарила я, сдержав рвущиеся с языка ругательства, и отступила в сторону.
— Можешь выдрессировать свою ворону вместо сторожевого пса, — усмехнулся он, спускаясь дальше по лестнице.
Обошлась бы я и без его советов. После нашей вчерашней встречи я бы вовсе предпочла не сталкиваться с Элаем. Отголоски жаркой неловкости и его обнаженный портрет в моем шкафу несколько затрудняли общение. И даже несмотря на то, что сегодня Элай был полностью одет — вплоть до кожаных перчаток, обтянувших длинные пальцы, я все равно помнила, как он выглядел голым. Прекрасно выглядел, если на то пошло.
Может, это все аура места? Скоро начну прыгать на парней сама, как Ингрид?
— Драконья кровь будит желания, но бездумное потворствование страстям ведет к гибели, — вещал профессор Денфорд.
Он напомнил мне Барри — такой же носатый, чернявый и ходит туда-сюда, прямо как моя ворона по подоконнику. Барри охотно склевал вареное яйцо, которое я принесла ему из столовки, и позволил себя погладить. Он выглядел вполне здоровым, но не спешил улетать.
— Совсем другое дело, если в желании соединяется потребность тела и духа, — продолжал профессор. — Если дракон и человек едины, достижение цели усиливает потенциал. Этим мы и будем заниматься в Драхасе: ставить вам правильные задачи.
— Ты теперь с Ингрид? — прошептал слева Рони, склонившись к парте, пока я конспектировала.
— Сам толком не понял, — не слишком уверенно ответил Иней, который сидел справа.
— Засос на твоей шее довольно красноречиво говорит, что да, — заметила я, не отрываясь от конспекта.
— Разумеется, удовлетворение базовых нужд вроде жилья и еды не даст никакого роста, — говорил профессор, и полы длинного сюртука свисали как черные крылья. — Беспорядочное удовлетворение некоторых физиологических потребностей может даже тормозить развитие.
— Понял? — прошептал Рони. — Ты деградируешь.
— Однако в Драхасе созданы все условия для того, чтобы студенты могли реализовать более высокую потребность — стремление к принадлежности к группе, — добавил профессор, расхаживая перед кафедрой. — Дружба, социальные связи — все это очень полезно.
— Понял? — шепнул Иней. — Я налаживаю социальные связи.
— Работая в команде, вы учитесь взаимовыручке, получаете определенный статус в группе, уважение других членов стаи…
С этим у меня пока так себе. Я в нашей группе — слабое звено.
— Цель вашего обучения в Драхасе — освоить дар дракона и по возможности увеличить потенциал. Обычно рост силы идет по изначальному знаку. Хотя иногда, крайне редко, случается появление новых знаков дракона.
Я встрепенулась и дважды подчеркнула записанные слова. А что если я раскачаю щит, а бонусом получу знак живописца?!
— Да, Вивиана, — сказал профессор, когда я подняла руку.
— Скажите, второй знак можно как-то предопределить?
— Разумеется, — кивнул он. — Как и в случае с изначальным знаком вы можете повлиять на свой будущий дар, развивая определенные склонности. Однако, как я уже и сказал, в девяноста девяти случаях из ста идет рост уже открытой способности. У вас, насколько я помню, щит. Пока вы вовсе не умеете им пользоваться — глупо надеяться на второй знак.
Надежда вспыхнула и погасла.
— Так что, Вивиана, как насчет установить тесную социальную связь? — вкрадчиво предложил Иней. — Все ради роста потенциала.
— Ты теперь с Ингрид, — шепнула я. — Смирись.
— Достаем листочки и пишем сочинение, — сказал профессор Денфорд.
— Да сколько можно? — застонал парень с когтями. — Мы что, каждый урок будем сочинять?
— Это очень полезно, — невозмутимо ответил профессор. — Вы учитесь самоанализу, развиваете концентрацию, творчески самовыражаетесь… К тому же сидите тихо и не несете всякую ерунду. Тема сочинения — мое место в стае и какую пользу я могу принести команде. Имеется в виду не только ваш знак дракона, но и другие таланты и способности.
Я вновь подняла руку.
— Да, Вивиана, — вздохнул профессор.
— Допустим, у человека появился второй знак дракона, — сказала я. — Это не тяжело? В смысле, дракон внутри не становится сильней человека?
Пожевав тонкими губами, профессор ответил:
— Чем больше дается, тем больше спрашивается. Но второй знак появляется, если человек к этому полностью готов.
А если нет? Если ему сразу ввели слишком большую дозу драконьей крови? На инициации я горела от одной только капли. Что бы я чувствовала, если бы мне всадили целый шприц?!
— Лучше меньше, да лучше, — рассудительно произнесла Берта. — Профессор, у меня тоже вопрос. Мой знак — искра. Не получится ли так, что если я разовью свою силу, то получу нежелательные последствия. Ну, вы понимаете.
— У Элайджи особый случай, — сказал профессор, — если вы о нем?
Я вся превратилась в слух. Да, у Элая на правом плече знак огня, пять языков пламени.
Берта кивнула.
— Такого с вами не произойдет, — хмуро заверил Денфорд.
