Крестьяне напирали на оцепление, бежали параллельно одиночке. Она слышала булькающее межстайное ворчание. Когда Когти этого хотели, они могли говорить очень, очень громко. Солдатам приходилось отгонять тех, кто подошел к дороге слишком близко.
– Я думала, они нам благодарны.
После битвы на Холме Звездолета это было самое близкое подобие насилия в исполнении стай.
– А они благодарны. Большинство требуют казни Шкуродера.
Шкуродер, Скорняк. Стая, которая спасла Джефри Ольсндота.
– И они одну-единственную стаю так ненавидят?
– Любят, ненавидят и боятся – все в одном флаконе. Они больше века жили под его ножами. И вот он здесь, калека, без охраны. А они все же боятся его. Внизу достаточно крестьян, чтобы смять наше оцепление, но они не слишком сильно напирают. Тут был домен Шкуродера, и он обращался с этими землями, как рачительный хозяин со своим двором. Что еще хуже, он и подданных, и владения превратил в материал для великого эксперимента. Из Данника я узнал, что монстр-Шкуродер значительно опередил свое время. Некоторые там жаждут убить Хозяина, но никто не уверен, что им это нужно… – Он помолчал мгновение, приглядываясь. – И знаешь, что их пугает больше всего? Что он явился один, без какой-либо подмоги.
«Ну-ну». Равна коснулась пистолета Фама в кобуре у себя на поясе. Тяжелая, тупорылая штука… и она радовалась, что оружие при ней. Она посмотрела на запад, в сторону Тайного Острова. «Внеполосный-II» теперь стоял за бастионами, надежно защищенный. Если Зеленожка не сладит с низкоуровневой перепрошивкой, кораблю больше не подняться в небо. И Зеленожка не питала по этому поводу оптимизма. Но они с Равной смонтировали на одной из грузовых палуб корабля лучемет, и дистанционное управление этой штукой оказалось проще простого. Может, у Шкуродера припасены сюрпризы, но есть они и у Равны.
Пятерка исчезла за обрывом.
– Он скоро поднимется, – сказал Странник. Один из его щенков встал взрослому на плечи и прислонился к руке Равны. Девушка усмехнулась: ее личная новостная лента. Она подняла щенка и усадила себе на плечо. Остальные элементы Странника расселись на краю обрыва и стали ждать.
Равна оглядела остальных спутников королевы. Древорезчица расставила справа и слева стаи арбалетчиков. Шкуродер сядет прямо перед нею и немного ниже. Равне подумалось, что Древорезчица наверняка нервничает: ее элементы постоянно облизывали губы, со змеиным проворством мелькали тонкие розовые язычки. Королева расселась точно для группового портрета: высокие элементы позади, двое щенков – впереди, вытянувшись во весь росточек. Большей частью взглядов Древорезчица следила за обочиной тропы в том месте, где должен был показаться и подняться на террасу парламентер.
Наконец послышался цокот когтей по камню. Над краем тропы возникла морда, следом остальные. Шкуродер вылез на мшистый ковер, его двойка подтащила наверх колесную тележку. Элемент в тележке сидел очень прямо, задние лапы и огузок его были укутаны одеялом. За исключением белых кончиков ушей, не было в нем ничего особенного.
Стая завертела головами во все стороны. Одна в замешательстве глядела на Равну все время, пока шла по склону к королеве. Скорняк – Шкуродер – и был тем, кто носил радиомантии. Теперь их на нем не было. Сквозь разрезы в куртках Равна видела места, где шерсть вылезла начисто.
– Шелудивая дворняжка, э? – сказал голосок Равне на ухо. – Прикольно. Ты зацени, какой у него невинный вид!
Королева не шевелилась. Застыв как вкопанная, она смотрела на приближающуюся стаю. Несколько ее носов подрагивали.
Четверка Шкуродера выкатила тележку вперед и помогла белоухому слезть. Равна увидела, что задние лапы элемента, укутанные до того одеялом, неестественно вывернуты и неподвижны. Пятерка расселась спина к спине. Покрутила шеями, выгнула вверх и наружу, словно конечности единого существа. Стая пробулькала что-то напомнившее Равне птичьи трели.
Странник сей же миг начал переводить через щенка на плече Равны. Щенок заговорил новым голосом, традиционным для злодея из историй для детей, сухим и сардоническим.
– Приветствую… Родительница. Столько лет прошло.
Древорезчица мгновение молчала. Потом что-то булькнула в ответ, Странник перевел:
– Ты узнаешь меня?
Шкуродер склонил к Древорезчице одну голову:
– Не элементов, но душу. Это же очевидно.
Королева опять помолчала. Странник добавил тоном комментатора:
– Бедная моя Древорезчица. Не думал, что ее можно так смутить прилюдно. – И вдруг, уже Шкуродеру, громко и на самношке: – А ты для меня не был так очевиден, о бывший спутник в странствиях. Я тебя помню как Тиратект, скромную училку из Длинноозерья.
Несколько голов повернулись к Равне и Страннику. Существо ответило на очень приличном самношке, хотя и детским голоском:
– Приветствую тебя, Странник. И тебя… Равна Бергсндот? Да. Я – Шкуродер-Тиратект. – Головы стаи склонились, глаза поморгали.
– Хитрый жук, – пробормотал Странник.
– С Амдиджефри все в порядке? – вдруг спросил Шкуродер.
– А? – сперва не поняла Равна. Потом: – Да, с ними все хорошо.
