— И даже тогда он выказывал обсессивные[34] наклонности. Микробы, верно?
— Да, — подтвердила Эбби. — И мы знаем, что никуда они не девались. Это понятно по рукам Роуз, а до этого я видела такие же ссадины у еще одной его последовательницы в Нью-Йорке. Это следствие агрессивного мытья рук.
— Таким образом, у нас имеется глубоко обсессивная натура, что является очень распространенной тенденцией у серийных убийц. — Зои добавила в свой список слово «обсессивный». — Он чрезмерно осторожен, почти параноик. И всё просчитывает наперед, верно? Всё у него по плану.
— По-моему… — начала было Эбби. — А как вы пришли к такому выводу?
— Ну, у него был бизнес по выращиванию мака. С кондачка такое не замутишь. Это требует терпения, связей и хорошей продуманности. Мы можем видеть это и сегодня. Он создал сеть церквей, главная задача которых — обеспечивать постоянный приток денег в его секту.
Эбби медленно кивнула.
Откашлявшись, Зои продолжала:
— Но есть и один очень показательный момент. Пожар, в котором он спасся, а все остальные погибли. Моисей заранее тщательно спланировал такой ход на случай появления полиции — это совершенно очевидно. Собрал всех вместе в одном помещении с газовыми баллонами… Проследил за тем, чтобы с внешней стороны двери был установлен засов — достаточно низко, чтобы ребенок мог его задвинуть. Затем заранее подучил малолетнюю девчонку запереть дверь и сказать полиции, что внутри шестьдесят два, а не шестьдесят три человека. Девчонку, на которую никто бы и не подумал, что она лжет. Незаметно выскользнул через заднюю дверь, скрытую от посторонних глаз… — Она на секунду примолкла, когда кровь отхлынула от лица Эбби. — Простите. Это было несколько неделикатно с моей стороны.
Маллен покачала головой.
— Все нормально. Вы правы. Моисей все планирует наперед. Дотошно, до мельчайших деталей. И он параноик. Это то, что вообще характерно для лидера любой секты. Они никому не доверяют и всегда предполагают, что все хотят их предать.
— Верно. — Зои сделала еще одну пометку в своем блокноте. — Хотя я не понимаю… Что он забыл в Ливингстоне?
Эбби нахмурилась.
— Что-то мне за вами не уследить…
— Он знает, что федералы вышли на него. И наверняка в курсе, что сейчас мы просматриваем все документы его церкви. Какой смысл сбегать в другое отделение той же церкви, где, как он предполагает, его уже ждут федералы? Будучи таким осторожным, таким параноиком, Моисей направился бы в какое-нибудь совершенно другое место.
— Согласна. Но не вздумает же он просто залечь на дно в каком-нибудь первом попавшемся мотеле, верно? Поскольку у него явно имелся план на случай, если по его душу опять явится полиция. Как вы сами только что сказали.
— Вот именно! — Зои взволнованно хлопнула ладонью по столу. — Это и объясняет Калифорнию!
— Что-то я опять не догоняю…
— Он был в Риджби. Мы знаем, что один из филиалов церкви есть в Монтане, в считаных часах езды оттуда. Но вместо этого он рвется в Калифорнию, до которой ехать целый день. Почему? Да потому, что его план «Б» — убежище, которое он заранее себе подготовил, — находится в Калифорнии.
Появился официант с тарелками. Зои принесли все, о чем можно было только мечтать. Отрезав кусочек грудинки, она сразу же отправила его в рот. Закрыла глаза, вдыхая аромат мяса с дымком. Причем голод был лучшей приправой среди всех остальных.
— Если вы правы, — произнесла Эбби, которую при этом зрелище вроде как слегка замутило, — то мы вернулись к тому, с чего начали. То есть мы понятия не имеем, где он может сейчас находиться.
— Как ваш салатик? — спросила Зои, энергично жуя. Ребрышки тоже оказались фантастическими.
— Не знаю. Я его еще не попробовала.
— Вам стоит попробовать грудинку. Это просто божественно.
— Зои…
— Не знаю, насколько я права, но давайте поразмыслим дальше, — предложила Бентли, вертя в пальцах вилку. — Произошло что-то еще, верно? В течение очень долгого времени Моисей и его паства, насколько мы могли видеть, следовали одной и той же схеме: найди подходящее место, поселись там на три или четыре недели, сожги кого-нибудь заживо и сваливай.
— Но в Риджби они пробыли всего две недели, — заметила Эбби, без особого энтузиазма жуя салат.
— И что изменилось?
— Дилайла, — коротко ответила Эбби.
— Почему именно она? Что делает Дилайлу такой особенной? По какой такой причине…
— Она похожа на мою биологическую мать.
Зои оторопело уставилась на Эбби.
— Практически одно лицо, — добавила та. — Я не знаю, связаны ли мы с ней каким-то образом биологически или же это просто каприз природы, но они на удивление похожи. Моя мама была одной из первых последовательниц Моисея. И мы знаем, что у него с ней была связь. И есть еще… Короче говоря, я.
— Итак, в Риджби он увидел ее… — медленно проговорила Зои. — И мгновенно узнал. Как думаете, какая мысль сразу же промелькнула у него в голове?
— Вы вроде говорили, что понять образ мыслей Моисея мне не по зубам, было такое?
— Да плюньте вы на то, что я говорила! Просто попробуйте это представить.
