— Я надеюсь, что вы и вправду сможете мне помочь, хотя шансов мало.
Анна машинально улыбнулась в ответ.
— Всё в порядке, никто вас за это не осудит. — Она повернулась к девчушке. — Эмили, милая, иди-ка пока на кухню ко всем остальным, хорошо? Уже скоро ужин.
— Будет рыба? — пропищала та.
— Не думаю — только не сегодня.
— Хорошо. Я не люблю рыбу.
Анна ухмыльнулась девчушке, которая выбежала из комнаты.
— Она просто очаровательна, — сказала Эбби. — У меня тоже есть дочь, но она немного постарше… Хотя я до сих пор помню, какой милой она была в этом возрасте.
— Да, славная девчонка, — согласилась Анна с ухмылкой. — Так о чем вы там говорили?
— Дело в том… — начала Эбби. — Дело в моем отце. Мы вроде как потеряли связь, и мне хочется опять его найти. Кто-то сказал мне, что он, возможно, работает в церкви Братства Лилии.
— Да?
Эбби уставилась в стену, позволив своим глазам печально затуманиться.
— Когда мы в последний раз общались, я повела себя с ним… слишком уж резко. У нас с ним вообще сложные отношения, понимаете? Сами наверняка знаете, каково это, особенно если работаете здесь с детьми.
Анна мягко кивнула.
— И я волнуюсь за него, — продолжала Эбби. — Хотела бы опять его увидеть, убедиться, что всё у него в порядке. Может, даже извиниться…
Она смахнула со щеки одинокую слезинку. Умение плакать по желанию было крайне полезным талантом.
— Как его зовут?
Эбби глубоко вздохнула.
— Моисей. Только вот я не уверена, что он здесь известен под этим именем. Он уже и раньше менял имя.
Достав свой телефон, она открыла на нем размытое фото Уилкокса и протянула его Анне.
— Вот как он выглядит.
Анна взяла у нее из руки телефон и, нахмурившись, уставилась на экран. Эбби оглядела кабинет. Стол был безупречно чистым — лишь стационарный телефон, клавиатура, мышь и компьютерный монитор, повернутый в сторону от нее. Единственным посторонним предметом был рисунок, который маленькая Эмили оставила на столе. Несколько фигурок из палочек, стоящих вместе — классическое изображение семьи. Эбби смогла опознать мать, держащую на руках ребенка, и стоящих рядом с ней двух девочек и мальчика. Отец на рисунке был заметней всех. Все улыбались, кроме мальчика, вид у которого был откровенно несчастный. Сама Эмили тоже узнавалась здесь достаточно легко. Она нарисовала вокруг себя яркие желтые и оранжевые линии.
— Боюсь, я никогда его раньше не видела, — с сожалением произнесла Анна, передавая ей телефон. — Но давайте-ка я загляну в личные дела наших сотрудников. Моисей, вы сказали?
— Именно так.
Немного повозившись с мышью и клавиатурой, Анна поводила взглядом по экрану, сосредоточенно прикусив язык.
— Да, у нас есть некий Моисей, который работает в нашем филиале в Огайо. Но ему всего двадцать два. Это явно не тот человек, которого вы ищете.
— Есть мысли, как еще это можно проверить?
Анна на миг задумалась.
— Перешлите мне это фото. Я поспрашиваю — может, разошлю его по электронке… Если он работает на церковь, кто-нибудь даст мне знать.
Она дала Эбби свой электронный адрес. Та быстро переслала ей фото.
— Большое вам спасибо.
— Нет проблем. Вы сказали, что волнуетесь за него. А есть причины?
Эбби прочистила горло.
— У моего отца раньше были кое-какие проблемы. Он поджигал всякие вещи и пару раз попадал из-за этого в неприятности. Однажды даже чуть было не сжег наш дом. Боюсь, что из-за стресса, связанного с преклонным возрастом, у него может случиться рецидив. Я не хочу, чтобы он подверг опасности себя или кого-нибудь еще.
В глазах у Анны вдруг что-то промелькнуло. Узнавание? Тревога? Это почти мгновенно исчезло, но все равно вызвало у Эбби смутное беспокойство.
Анна поднялась.
— Ладно, я поспрашиваю, и если вдруг что-нибудь найду, то сразу вам позвоню.
— Это было бы здорово, — отозвалась Эбби. — Сейчас напишу свой номер. До завтрашнего утра я еще в городе, так что — вдруг вы что узнаете — буду вам крайне признательна, если как можно скорее дадите мне знать.
— Безусловно.
— Спасибо, — сказала Эбби, тоже вставая. Потом еще раз бросила взгляд на рисунок.
— Эмили явно очень любит своего отца.
— Да, — отозвалась Анна, быстрым резким движением убирая рисунок со стола. — Он самый важный человек в ее жизни.
Ощущение, что что-то не так, росло внутри Эбби подобно холодному ветерку, щекочущему позвоночник.
— Вы не против, если перед уходом я загляну в туалет?
— Конечно, — улыбнулась Анна. — Давайте покажу.
И, прежде чем Эбби успела возразить, сказав, что сама найдет дорогу, что не хочет и дальше ее беспокоить, Анна повела ее по коридору в туалет — маленькую тускло освещенную комнатку с невыносимым запахом аммиака. Эбби с полминуты постояла в кабинке, затем спустила воду в унитазе и вышла.
Анна, улыбаясь, ждала у двери, готовая проводить ее к выходу.
У него сердечный приступ? Беспорядочные удары в груди, шум крови в ушах, затрудненное дыхание… Мир кружился вокруг него. Он был готов рухнуть на пол. Она была здесь!
