Была ль то осеньили зима, —все нынче спуталось в памяти;казалось,что время сошло с умав своей тарабарскойграмоте.Я друга давнишнего потерял,из верныхверного самого, —ушел в ополчениеи пропал, —поэта Петра Незнамова.А сколькотаких же —незнакомых —ушло,неведомыхсколько пропало?Таких жеи по сие числозабытых Петров и Павлов.Они собралисьсегодня в кружок,сосед наклонился к соседу,и я подойду к нимна мокрый лужокбеззвучно слушатьбеседу:«Привыкшиек утратам и потерям,мы большесиневе небесне верим!Когда над фронтомкатится звезда, —ждешь грохотав конце ее следа.На небе — месяц,молодой и прыткий,глазеет вниз, —еще не сбит зениткой.Туман,встающий молча из-за леса,окутывает дымовой завесой,и на лугу,где сладко млеет сено,приходит мысльо запахе фосгена.Пожарищем,плывущим из-за хат,дымит востоки плавится закат.Ряды кустов,знакомые веками,загримированы грузовиками.Клин журавлей летит:точь-в-точь —над рощейк бомбардировщикубомбардировщик.И тополя,темны и молчаливы,встают вдали,напоминая взрывы.Притворно все…И на лесной опушкепоют обманным голосомкукушки».Сидят партизаныв лесной стороне,жуют партизанысухарь при огне.Дымками чуть дышитродное село,снегами по крышиего замело.Ветер, дик и груб,клонит дым у труб,гонит, пригибает,рвет за клубом клуб.Над трубою дымы —хата не пуста…Страшны, нелюдимыгиблые места.Улица селавыжжена дотла,словно все живоевымела метла.Ходит часовойс «мертвой головой».Вьюга запеваетнотой басовой.Чудится ему:в снеговом дымупризраки мелькаютсквозь метель и тьму.Пособи, зима,посуди сама:шаг врага попутай,посводи с ума!Чисты, непримятысвежие снега.Стынут автоматыв пальцах у врага.Снега целина,вьюги пелена,рухнув, вновь взмываетвоздуха стена.У врагов в тылусквозь буран и мглусводные отрядыдвижутся к селу.Помоги, пурга,разгромить врага,чтобы подкосиласьхищников нога.Стужа их дерет,ужас их берет,ходят, автоматывыставив вперед.Не мешай, метель,нам наметить цель,чтоб упал захватчикв мерзлую постель,чтоб упал-уснулпод метели гул,под прямой наводкойпартизанских дул.Орды фашистские,дики и пьяны,вторглись в воротаЯсной Поляны.Что им Толстой?Звук лишь пустой!..Вторглись шакалыко Льву на постой.Все испоганили,все истребили,книги пожглии деревья срубили:пусть, дескать, в пепелиспепелятсясамые мыслияснополянца!Но со страницего книг обожженных —сотни героеввооруженных.Из-за дерев,подсеченных под корень,вышел бессмертный народ,непокорен!Вот — человечени простодушен —встал со своей носогрелочкойТушин.Вот — невидимка —Тихон Щербатыйгде-то окапываетсялопатой.Вот — красноликий,бросающий вызов —вражьим тыламугрожает Денисов.И — егеряза Багратиономрвутся в атакувсем батальоном.Вот —остальных многоопытней,старше,шрамом отмеченный —славный фельдмаршал…Цепи обходные,сторожевые…Нет! То — не тени,то — люди живые!Вот сам хозяин,обеспокоясь,вышел,засунувши руку за пояс:грозное что-тов движении этом,в дымах,поднявшихся над портретом.Взор — на врага он,брови нахмуря, —в тульских лесахподымается буря.Люди, с ним схожие,грозны и хмуры,знают, как с хищниковсдергивать шкуры!Тех дедов внукивстали стеной,все тот же твердыйнарод коренной.Все тот же, кто ясен былвзору Толстого, —в поход подпоясанбез шума пустого.Из самых глухихлесных уголковвраг метится пулейи пальцем штыков.Нацисты,теряя кровавые пятна,скулили,притворно возмущены:«Мы русских разбили,а им — непонятно:они продолжаютзатяжку войны».Не нам — а имнепонятно,как зановокрепчало оружиепартизаново;как, в опыте долгих сраженийосвоено,взрослело мужествонашего воина;как, — все претерпеви все одолев, —поднялся народаправедный гнев!Хищные зверис разумом темным,Гитлер и Геринг,мы вам припомним!Жизнь превратившиев сумрачный вечер,лязг ваших армий —не вечен, не вечен!Куда б ваши танкини забежали, —мы путь перережем имрек рубежами;куда б ни залетыватьвашим пилотам, —станут их костигнить по болотам!Вы к нам прокрались, —столбы наших крылецвыше пороговкровью покрылись;мы опрокинем вас, —кровь ваша — выше,выше стропилзаструится по крышам!Врагу,в наши домыпосмевшему влезть, —месть, месть, месть!Врагу, оскорбившемунашу честь, —месть!Что в мире отнынесвященнее есть?Месть, месть, месть!Пять чувств у нас было,отныне — шесть:шестому названье —месть!Пусть слуху желаннаединая весть:месть, месть, месть!Пусть вспыхнет на стенах,чтоб глаз не отвесть,огромными буквами:месть!Врагу, разорившемустолько семейств, —месть, месть, месть!Ему не исчислитьи не учестьнеутолимуюместь!На вражье коварство,на хитрость,на лесть —месть, месть, месть!Пять чувств у нас было,да будет шесть:шестому названье —месть!..
