Кристен понимала, что Ройс не хочет показать своему королю, как он расстроен. Но она не сомневалась, что ей придется сегодня на собственной шкуре испытать его гнев. Этот проступок он не оставит безнаказанным. Для него это было еще хуже, чем попытка к бегству.
Она бросила взгляд в его сторону, но не смогла разглядеть, так как сидящий рядом с ним Альден закрывал его. По другую сторону от Ройса сидел Альфред, и Кристен тоже не могла его видеть.
В эту минуту к Кристен подошла Эдреа и поставила на стол деревянный поднос. На нем было лишь несколько хлебных крошек.
— Твой хлеб так всем понравился, — сказала девушка. — Особенно милорду. Он даже спросил, кто его испек.
— И ты сказала?
— Нет, я боялась, что половина наших благородных гостей выплюнут его из страха, что ты можешь их отравить. — Эдреа подмигнула ей своим темно-карим глазом.
Надо же! Эдреа шутила! Кристен едва поверила своим ушам. К тому же девушка первой подошла к ней и заговорила.
— Надо сказать им это после того, как они поели, — ответила Кристен.
Эдреа рассмеялась от всей души.
— Уланд был прав. Ты такая же, как и все. Эда, правда, уже давно это говорила. Она тебя действительно полюбила. Вот что странно.
Кристен улыбнулась девушке, несмотря на свое плохое настроение.
— Я это не сразу заметила, потому что наша старая Эда колючая, как щетина. — Кристен намеренно повысила голос, чтобы Эда ее услышала.
Эда презрительно фыркнула, а Эдреа засияла. — Да, причуды Эды поймешь не сразу. Но может быть, викинги не такие боязливые…
— Его зовут Бьярни, — сказала неожиданно Кристен.
— Кого?
— Ну, того, которому ты нравишься.
Бедная девушка даже не пыталась скрыть свою радость. Ее миловидное лицо просветлело.
— Это он тебе сказал?
Вообще-то Кристен была не очень расположена к тому, чтобы решать проблемы Бьярни или кого бы там ни было. Но разговор с девушкой отвлекал ее от мрачных мыслей.
— Он очень страдает, что не может сказать тебе сам, как ты ему нравишься. Он попросил Торольфа научить его хотя бы нескольким словам на твоем языке. Но если ты услышишь их и ничего не поймешь, не удивляйся. Торольф и сам не очень хорошо знает ваш язык.
В течение всего последующего часа Эдреа засыпала ее вопросами. Ей хотелось знать все о молодом викинге, и Кристен изобразила его в самых радужных красках, что, без сомнения, могло повлечь в дальнейшем большое разочарование для Эдреи, так как Бьярни был далеко не таким образцом добродетели, как это расписала Кристен. С ним можно было хорошо развлечься, но принимать его всерьез нельзя было. Если Эдреа настолько глупа, чтобы поверить всему, что понаскажет Бьярни, пытаясь уговорить ее помочь викингам при побеге, то так ей и надо.
Ее друзья и свобода значили для Кристен гораздо больше, чем чувства какой-то девушки из племени саксов. Кристен не испытывала угрызений совести. Если бы она смогла подобраться к этому Лиману и получить ключи, она бы это непременно сделала, но, судя по всему, ее снова запрут сейчас в комнате ее господина.
— Ты сидишь здесь и ничего не делаешь, — проворчала Эда, когда Эдреа ушла. — Отправляйся-ка лучше спать, чтобы завтра рано утром ты была уже на ногах. Леди Даррелл лично попросила испечь еще твоего орехового хлеба. Она считает, что это мой рецепт, который я скрывала все эти годы.
— И ты, конечно, не стала ее в этом разубеждать.
— Конечно, нет, — засмеялась Эда. — А о чем это вы шептались, склонив головки, Эдреа и ты?
— Ей нравится один из пленников.
Брови Эды непроизвольно поползли вверх.
— Я надеюсь, ты сказала ей, что из этого ничего не выйдет?
— Почему бы и нет? Они такие же мужчины, как и Ройс. Ведь он не настолько жесток, чтобы время от времени не посылать к ним женщин. Им это нужно, это ведь так естественно. Если среди них будет зреть недовольство, это может плохо кончиться. Поэтому было бы разумным…
— Господи помилуй! — обрезала ее Эда. — Сначала ты приносишь им еду, а теперь ты хочешь обеспечить их еще и девками. Иди-ка спать, дорогая, пока тебе не пришла в голову мысль разрешить им жениться и, чего доброго, обосноваться здесь.
— Ну вот, видишь, ты сама пришла к такой мысли.
Кристен поспешила наверх, прежде чем Эда успела ей ответить. Поднимаясь по лестнице, она вздохнула и спросила себя, сколько у нее времени до прихода Ройса.
Не прошло и минуты, как дверь распахнулась. Наверное, он встал из-за стола в тот же самый момент, когда она вышла из зала. Она стояла у стола, повернувшись спиной к двери, так как собиралась раздеться и вымыться. Когда открылась дверь, она как раз развязывала пояс.
— Что там случилось у пленников, Кристен?
Она мгновенно обернулась и широко распахнутыми глазами смотрела на вошедшего. Это был на Ройс, а его кузен Альден. Потребовалось какое-то время, пока Кристен пришла в себя от неожиданности. Она сразу же метнула взгляд на развешенное на стенах оружие.
