Когда оказываюсь над головами фанатиков, достаю из кобуры наган с глушителем, делаю пол проницаемым и стреляю. Два попадания — два трупа. Прямо в головы. Откидываю барабан, извлекаю гильзы и закладываю новые патроны. Возвращаю барабан на место, гильзы прячу в сумку на поясе.
Наган — в кобуру.
Проваливаюсь сквозь перекрытия, мягко приземляюсь на ковёр. В нескольких сантиметрах от моей руки, затянутой в перчатку, — расползающееся красное пятно.
Выпрямившись, делаю прозрачным угол и заглядываю в коридор, который тянется из одного крыла гостиницы в другое. Так и есть: ко мне приближаются ещё две фигуры в балахонах. Идут быстро, в руках короткие изогнутые клинки. Я стреляю сквозь стену, один из сектантов падает на ковровую дорожку, но второй ускоряется, входит в режим меты. Бью на опережение. Одна пуля выбивает деревянную щепку из дубовой панели, вторая таки ухитряется задеть противника. Я вижу кровь, выбитую из плеча. Брызги, заляпавшие часть стены. Этого хватает, чтобы задержать любителя бешеных скоростей на долю секунды.
Мне хватает.
Следующая пуля отбрасывает мету на кресло, разворотив фанатику грудь. Он меня по-прежнему не видит и не понимает, что произошло. Лежит, булькает, конвульсивно подёргивается. А я спокойно извлекаю гильзы, заполняю опустевшие каморы и направляюсь в коридор.
Свидетели — те ещё упыри.
Это ж надо, притащить двух ясновидцев!
Или работает тот, кто сейчас подключён к Усилителю? Не верю, если честно. Для наведения тектонического оружия требуется чудовищная концентрация, вряд ли оператор сможет играть на два фронта.
В коридоре тихо, никого нет.
Я знаю, что камера находится в дальнем конце, рядом с лестничной площадкой. Ещё одна — напротив лифта. Там, где я устроил бойню. Обе камеры выведены из строя проекцией.
Думал, фанатики подготовятся лучше.
Всего четыре бойца, да и тех я уложил мгновенно.
Можно списать на самонадеянность организаторов, но вы знаете, что я параноик. Когда операции проходят слишком легко, это повод насторожиться. Тем более, я не тратил много времени на подготовку.
Переступаю через труп и неспешно иду вперёд.
Стены обретают прозрачность.
Я наблюдаю за жильцами из соседних номеров, лестницей, лифтовой шахтой. Замираю, медленно поворачиваю голову. Лифт везёт кого-то вниз, но есть и другие кабины. Есть персональная шахта для тех, кто арендует пентхаус. Служебная кабина, иногда используется как грузовая — доставка еды, вывоз мусора, транспортировка чемоданов, постельного белья и мебели. Да чего угодно, лишь бы оно не бросалось в глаза клиентам.
Привычный внутренний ритм.
Как у любого отеля в любой точке планеты.
И что же меня смущает?
Наверное, отсутствие охранников самой гостиницы. А ещё — персонал куда-то исчез. Ни горничных, которые деловито пылесосят освободившиеся номера, ни коридорных. Да и сами номера, будем откровенны, пустуют. Отель не самый бюджетный, но он ведь не заброшен. А так получается, что на всём этаже нет никого, за исключением меня и Свидетелей. А это уже смахивает на искусно срежессированный спектакль.
Позиции фанатиков почти не меняются.
Я вижу всё тех же любителей помедитировать, в тех же точках, в окружении знакомого энергетического купола. Вижу двоих или троих боевиков — эти своих лиц не скрывают, капюшоны сброшены. Да и балахоны сняты, валяются в разных местах. Кто телевизор смотрит, кто любуется лесом за окном, а кто и попросту правит свой клинок точильным камнем, демонстрируя полную отрешённость.
Рабочая обстановка.
Иду к двери номера, ступая по ковру мягко и бесшумно.
Вслушиваюсь в скрипы, бормотание телевизора, завывания ветра снаружи. В какой-то момент до моего слуха доносится гудение, словно из трансформаторной будки…
Гадство.
Опять эта будка.
Показалось, наверное.
Делаю ещё несколько шагов, врубаю проницаемость стен. И неспешно отстреливаю всех, кто находится внутри апартаментов. Первая пуля — ценителю остро наточенных лезвий. Сразу в голову, без вариантов. Второй выстрел сделан под таким углом, чтобы пуля не разбила стекло. Созерцатель успел сместиться вправо — туда, где располагался журнальный столик. Мозги фанатика забрызгали сам столик вместе с чашкой остывающего кофе, угол и светильник-бра на стене. Третья пуля — телезрителю. А я говорил, что просмотр зомбоящиков вредит вашему здоровью!
У меня ещё четыре патрона.
Настала очередь операторов.
Странно, что ясновидец подготовился к моему визиту, но не сумел предвосхитить собственную смерть. Да ещё с ресурсами Дома Волка…
Впрочем, нет времени на бесплодные размышления.
Два хлопка.
Целился в головы, но видимого эффекта не заметил. Упыри продолжают сидеть с закрытыми глазами, улыбаются чему-то своему и совершенно не обращают внимания на летающие пули.
Что-то не так.
Из глубин подсознания накатывает волна тревожности.
Стреляю опять. Целюсь ниже, в грудные клетки. И снова возникает дикое ощущение неправильности происходящего. Пули не наносят операторам повреждений, не выбивают искры из Усилителя, не рикошетят… И словно бы исчезают в непонятном мороке.
Стоп.
Морок?
