— Сейчас по шее получишь, — пропажу пера он все-таки заметил. И даже возмутился бесцеремонности, с которой у него из сломанного крыла выдрали его и засунули в рот.
— Боюсь-боюсь, — Сальвет подпирала покачивающееся тело и с тоской думала о том, что в таком состоянии это чудо не полетит. И по ступеням им прыгать очень долго. — Тай Ранг, а в таком состоянии ты еще можешь меня убить? Или я сама уже смогу дать в ответ?
— Сама ты можешь только языком чесать. Слушаю и просто удивляюсь, как до сих пор тебя терплю, — влез на первую ступень мираж. — Показывай, куда дальше.
— С трудом, наверное.
— Сложи ее. Она складывается, но не меняется. Это не символ.
— А в чем разница? — Сальвет вскинула брови, когда палка уменьшилась до знакомых размеров. Удалось убрать в карман на штанах и застегнуть ремешки. Удобно!
— В чарах, связанных с владельцем, — медленно, но настойчиво поднимался по ступеням все выше и выше Тай Ранг, старательно повторяя действия девчонки, опережающей его на одну невидимую ступень.
— А почему не зачаровали новую? — Сальвет оглядывалась через каждый прыжок. Мало ли что. Полуобморочный вид миража доверия не внушал.
— Потому что не можем, — хмыкнул Тай Ранг на глупость, которую на его взгляд сморозила солнечная. Грязная, в потрепанных тряпках, которые даже одеждой-то не назовешь, не то, чтобы доспехом величать. Но все-таки она вылезла из гнезда. И его тащит за собой. Упрямая.
— Потеряли учебник? — рассмеялась Сальвет.
— Потеряли того, кто умеет. Учебников нет. Символ появляется как отражение в магии эмоций.
Сальвет уловила горечь в голосе миража. Задумалась ненадолго, но быстро свела концы с концами.
— Ты про Ведьму вашу, что ли? — спросила она.
— За одно упоминание низшими этого имени стоит вырывать языки.
— Заметь, я не называла ее Альсанханой.
— Не перебарщивай. Мне тебя и отсюда убить, как нечего делать.
— Ваша Ведьма может знать, как излечить меня, — не стала шутить и ходить кругами Сальвет, учуяв нутром, что угроза стоящая.
— Ее нет больше.
— Это я слышала. Но она ведь жива?
— Ее поглотили кошмары. Это не жизнь, Сальвет!
Боль и отчаяние в голосе миража были тем, что заставило заткнуться и решительно сменить тему. Он не жалел о собственной кончине, но вот за свою Ведьму готов был душу отдать. И действительно с трудом сдерживал все это в груди. Сальвет было сложно даже просто понять эти эмоции.
Может, и к лучшему. И вообще, у нее своих проблем хватает.
— Так, стоим, — Сальвет вовремя заметила, как покачнулось тело. Успела спрыгнуть на ступень, с которой только что убралась, ухватила миража. — Не надо падать. Это больно. Но еще сильнее будет обидно. Такой путь и все зря, что ли? Не спи. Ну, же. Давай, давай, открывай глаза. Вижу, что плохо. Здесь осталось немного. Соберись! Как любила говорить одна знакомая из дома развлечений: сосредоточься на процессе. Отдохнул?
Путь, который Сальвет проделала с быстротой молнии, когда спрыгнула в колодец, сейчас казался дорогой в бесконечность.
Они прыгали и прыгали. Иногда стояли и ждали, когда в глазах у Тай Ранга прояснится настолько, чтобы видеть язвительную мордочку солнцерожденной зверушки. Так он ее назвал, когда опять ляпнула что-то оскорбительное не в меру.
— Больше не могу, — пробормотал Тай Ранг в какой-то момент, сидя у стены на ступени. Тяжелое прерывистое дыхание выходило с каким-то свистом. — Когда… — он сглотнул. Пересохшее горло покалывало. — Когда свалюсь, не жди, поднимайся. Уже не очнусь. Времени…
— Эй-эй! — похлопала Сальвет по щекам миража. — Не вздумай терять сознание! Вон, видишь, конец колодца. Точно говорю. Уже вижу рожи твоих друзей и моих палачей. Так что ты не сильно старайся за рукоприкладство меня пинать. Эти справятся. Вставай. Вставай, тебе говорят. Вот, молодец. И за мной. Тут чуть-чуть осталось.
На третий раз даже такие уговоры и действия не помогли. А ведь над головой действительно светлое пятнышко. Голубое, не белое.
— Кажется, уже утро, — тихо пробормотала Сальвет, стирая рукавом слезы.
Держала в руках миража, не позволяя тому упасть. Без того сердце замирало при каждом его прыжке. Одно неловкое или неточное движение, и полетит Тай Ранг обратно на дно. Тогда точно конец.
— Давай, ты сделаешь последнее усилие, а? — прошептала она буквально на ухо, обняв миража за плечи. — Ты обещал заступиться перед своими друзьями, когда они мне будут ушки обрывать. И перьями обещал поделиться.
— Не обещал, — шевельнулись губы. Мутный взгляд скользнул по лицу солнцерожденной, поднялся выше. Тай Ранг улыбнулся теплой и счастливой улыбкой. — Действительно. Уже утро.
Сальвет разжала руки, когда мираж шевельнулся. Поднялся на ноги, затем сделал мощный толчок, взмахнул крыльями. Часть костей, видимо, успела зажить благодаря выпитым ойлам.
— Неужели, — выдохнула Сальвет, когда светлое пятно исчезло из вида. Подождала еще минуту, прежде чем продолжить путь наверх.
Кажется, на голову ей никто не свалится. Это победа.
Ослабевшую, у края колодца ее ухватили за шкирку и подняли наружу.
