Путем различных манипуляций с клетками и даже генами Кроуб заменил руки и ноги этому (…) щупальцами, взятыми у какого-то морского животного. Кроуб как раз проверял приживляемость и темпы роста языка, явно пересаженного с какого-то насекомого, потому что язык свободно высовывался изо рта на целые полярда. Можно было подумать, что теперь этому уроду предстоит питаться исключительно жуками и прочей дрянью. Кроуб был просто помешан на конструировании таких вот химер, но я уверен, что он при этом и не подозревал, что сам, с непомерно длинными конечностями и носом крючком, не далеко ушел от всех этих уродцев. Во время работы у него на лице появлялось странное, можно сказать, вдохновенное выражение, выражение истинного ученого, одержимого своим делом. Он способен был нагнать ужас на кого угодно. Дело в том, что Кроуб был искренне убежден в значимости своего дела.
Мне удалось мельком подметить выражение глаз оперируемого уродца. По выражению этому мне стало совершенно ясно, что этот (…) уже давно сошел с ума. Но это сущая ерунда, все равно уродцам Кроуба уготован очень короткий век: когда один из них умирает, цирк сразу покупает другого. Да и зрителям они очень быстро надоедают, так что в известном смысле это даже полезно для бизнеса.
— Готово, — изрек наконец Кроуб, вставая и потягиваясь. — Полюбуйтесь на первого и единственного представителя живой природы с незавоеванной пока планеты Метечерстолциан!
Ну, на астрографии меня не проведешь.
— Такой планеты нет в природе, осадил я его.
— Да? Ну что ж, возможно, что и нет, — согласился Кроуб. — Но зато у нас есть отличный представитель живого мира оттуда.
— Ладно, хватит трепаться, — сказал я. — У меня тут специальный агент, которому вы должны кое-что подправить.
И в это мгновение страшная боль пронзила мой желудок. Я невольно огляделся. Может быть, это от вони у меня начался приступ тошноты? Странно. Я успел побывать на множестве планет, и чего я только там не ел — ведь я уже много лет работаю в Аппарате, а работа эта связана с определенными сложностями. Но желудком я не страдал никогда.
Привязанным к операционному столу «пациентом» занялся один из ассистентов Кроуба, а мы со старым психом вышли из операционной. В библиотеке Хеллер сумел найти себе стул. Сейчас он бегло просматривал книги, которые ему отбирала старая ведьма. Он коротко кивнул, когда я представил ему Кроуба.
— Я ведь во время экспедиции так и не опускался на поверхность планеты, — сказал Хеллер. — А тут так интересно. Знаете, это просто великолепная планета. — Он отобрал несколько слайдов с изображением аборигенов и вдруг глубоко задумался, бросая изредка взгляд на слайды. Вслед за нами в читальный зал вошли двое ассистентов Кроуба. Один из них тащил за собой складной стол, а второй — поднос с какими-то инструментами. Кроуб уселся поудобнее.
— Так на какую это планету мы собираемся? — спросил он как истинный доктор.
— На БлитоПЗ. Поместному — Земля, — сказал я.
— Ага, — задумчиво протянул Кроуб, а один из его ассистентов сразу же принялся стаскивать с полок нужные папки и складывать их перед доктором на столе. Кроуб пригляделся повнимательнее к одной из брошюр.
— БлитоПЗ. Так-так. Гуманоиды. Сила тяжести… Так-так… хм… атмосфера… Стип, подайка мне график соотношения плотности костной ткани. — Ассистент тут же протянул ему нуж нуютаблицу. — Так-так, — пробормотал Кроуб.
— Агент этот должен ничем особым не отличаться от стандартного жителя БлитоПЗ, — сказал я.
— Так-так, — проговорил Кроуб, как бы отмахиваясь от меня. — Стип, я не вижу здесь инструментов для обмера.
Стип мигом исчез и скоро вернулся с тележкой, нагруженной приборами. Кроуб жестом приказал ассистенту заняться Хеллером. И тут я почемуто снова ощутил приступ тошноты и боли в желудке. Да что же это со мной творится?
Хеллер разделся. Судя по тому, что взгляд его шарил по полкам с книгами, они его интересовали значительно больше, чем то, что Кроуб собирался делать с ним самим. Казалось, он стремится найти среди книг какую-то вполне определенную. Тем не менее он по слушно встал на весы и делал все, что от него требовалось, хотя с довольно рассеянным видом.
Ассистент тем временем делал обмеры и продолжал вести записи, подчиняясь невразумительному бормотанию Кроуба. Стип забыл принести определитель плотности костной ткани, поэтому ему вновь пришлось отправиться за ним. Нельзя сказать, что работа команды Кроуба отличалась четкостью. После того как Стип вернулся наконец с определителем, я услышал какие-то перешептывания и возню за дверью.
