- Дэн! У Теммы авария! – Диана странно глянула на мирно спящую напарницу, закутавшуюся в простыню так, что только нос наружу торчал! – Дэн! Надо дверь открыть!
- Эжена попроси! – Я все еще честно хотел спать.
- Млядь, так он там же! – Диана выдернула меня из кресла и потащила к выходу. – С вечера еще заперлись!
Нейромодуль, получив команду, «разогнал» сознание, гарантируя мне головную боль ближе к обеду.
- Давай на лифте! – Диана затянула меня в лифт, нажала на кнопку и принялась притоптывать носком туфли.
- Они в нижней лабе? – Я подозрительно уставился на Диану. – Им же там делать нечего?!
- Как выяснилось – есть чего! – Диана вздохнула.
- А чего они «ТРЕВОГУ» не жмут?! – Я прислушался и подозрительно глянул на женщину, ожидая, что она вот-вот скажет «Обманули дурака на четыре кулака и на спинку стула, чтоб тебя раздуло!», но Диана лишь руками развела.
Подойдя к дверям лаборатории, провел своей карточкой, полученной вместе с разрешением вести медицинскую практику на дне океана, по прорези замка, открывая дверь.
Первое, что встретило нас – запах!
Желудочный сок, желчь, полупереваренная пища – убойный коктейль!
А еще пролитое пиво и…
Жареная икра!
Эжен-таки нажарил икры, изверг!
- Эти двое трансляцию футбола смотрели! – Диана обвиняюще ткнула пальцем в трехметровую панель лабораторного монитора, на котором, вместо отображения увеличения проб, застыли остановленные нажатием кнопки «пауза», человечки!
- Хрен с ним, с футболом… Где они сами?! – Я выдохнул. – Глянь в бассейне, а я в туалет загляну…
Блин, лучше бы я наоборот предложил сделать!
Уснувший прямо на унитазе, со спущенными штанами, горестно положивший голову на руку Теммочка вызывал чувство искреннего, гадливого умиления…
Судя по кругам под глазами – его «отвентилировало» сперва верхом, а потом пищевое отравление усадило на унитаз, где алкоголь сделал свое подлое дело, усыпив бедолагу.
Ну, да…
Жопа пригрелась – голова отрубилась!
Француза нашел в соседней кабинке, которая душевая – человек с мировым именем снял штаны, судя по сбитым коленкам – еще в лаборатории снял, просто они у него запутались в туфлях – дополз до душевой кабины, перекинул в нее свой верх, изрядно проблевался и уснул.
- В бассейне нету! – Диана влетела в санузел и едва подавила приступ тошноты.
- Я уже понял… - Я поискал пульс на шее нашего лягушкожора и облегченно выдохнул. – Дрыхнут.
- Но жить-то будут? – Диана явно не услышала моего последнего слова.
- Будут-будут… - Я «отвесил» обоим по малому лечебному касту и, поискав более-менее чистый уголок, поставил на него свой портфельчик-аптечку, доставая оттуда пару шприцев-одноразок и наполняя их рекомендованным, патентованным, проверенным, антипохмельным лекарством с издевочным названием «Бодрое утро».
Принявший это лекарство реально получает бодрячок с утра, правда, при этом, он вонюче потеет, выводя алкоголь, а еще он дико хочет жрать и пить!
Пожалев дуралеев, «домешал» им в «Бодрое утро» витамины и «освежитель» - теперь они еще разок-другой продрищутся, зато все выйдет естественным путем!
Сделав уколы, оставил алкашню на их «рабочих местах» - тащить их в медотсек, к голой Айрис, таких «благоухающих» - бе-е-е-е, нафиг-нафиг!
Было бы что-то смертельное – тогда ладно, а…
- В медотсек забирать не будешь? – Диана удивленно уставилась на меня. – У них же точно – пищевое отравление!
- Ага. - Я нашел на лабораторном столе журнал и ручку. – Пищевое. Они сожрали пару килограмм жаренной, жирнючей икры, отлакировали это дело пивом, и, судя по запаху – пивом разных сортов, закинулись самодельными чипсами. Тоже жирными. И утрамбовались водофкой! Тут ни какая печень не выдержит!
«Ну, разве что кроме моей, но у меня есть нейромодуль»!
- Но как же… - Диана вздохнула. – Милосердие?
- Милосерднее было бы их прибить! – Поморщился, мучительно вспоминая в какую сторону смотрит брюшко маленькой буквы «Б» на латинице. – Они же даже «на утро» ничем не запаслись, олухи!
- Увлекающиеся люди – ученые… - Диана развела руками, передразнивая Макантара, сказавшего эту фразу слегка по другому поводу…
- Разве ж это люди?! Это… Это… Это… Бухарики субтропические! – Я вырвал из «журнала лабораторных записей и наблюдений» лист и, смазав его клеем, приклеил было на дверь, на уровень глаз, но, оглянувшись на санкомнату, понял, что у меня с алкашами будет немного разный «уровень глаз», так что переклеил бумажку ниже, ближе к полу, радуясь, что писал почти печатными буквами, крупно.
- Злой ты… - Диана, прочтя записку, широко улыбнулась. – Думаешь, они совладают с тряпкой, в таком-то состоянии?
- Ты реально думаешь, что они смогут читать, в их-то состоянии?! – Я махнул рукой. – Пошли отсюда... А то у меня там Айрис уже должна проснуться…
- Кстати, а что ОНА у тебя в медблоке делала? – Диана тронула меня за рукав. – Дэн?! Дэн? Ау?
- Прости, что ты сказала? – Я раз за разом проводил своей карточкой по прорези замка, открывая-закрывая его.
- Что Айрис делает у тебя в медблоке?
- Погоди, Диана, а ты знала, что Энжи – замужем? – Я еще раз провел карточкой, закрывая дверь лабы.
