Что именно будет «потом» Иррена не договорила, потому что «Шалла» качнулась с боку на бок с такой силой, что нагая фигурка Иррены сперва отлетела к правому борту, оттуда к потолку, от потолка, через всю раздевалку к борту левому, по дороге встретившись со скамейкой, взмывшей к потолку, рикошетом от борта уже безвольное тело влетело в распахнутый шкафчик, хрустнуло и замерло.
Я, в этот момент, очаровательно крича во все свои омоложенные легкие и вцепившись молодыми руками в дверцу шкафчика, наблюдал, как трескается потолок надо мной, как паутинки трещинок начинает капать вода, все сильнее, сильнее и сильнее.
«Внимание! Отсеку угрожает затопление! Просьба всем покинуть отсек! Отсек будет заизолирован в течении 15 секунд! Внимание!»
Понял, не дурак, дурак был бы – не понял…
Метнувшись к торчащим из шкафчика женским ногам, что так прекрасно ложатся на плечи, выдернул Иррен и борзым кобелем метнулся к двери, со вздохом попрощавшись с последней «земной» деждой, оставшейся висеть на крючках.
За пару секунд, если не быстрее, вылетел в коридор и хлопнул по кнопки вызова помощи, удивляясь, почему Иррена до сих пор безвольно обвисает и не подает признаков жизни, хотя уже трижды кастовал лечение!
- Дэн! Отпусти ее! – Скомандовал Виррин, главный медик «Шаллы». – Отпусти, пожалуйста!
Я отпустил тело, только сейчас разглядев, что…
С такими травмами не живут.
И лечение тут не поможет.
Тут только если «воскрешение» использовать, но для этого каста, как бы я не гордился успехами в магии, мне еще учиться, учиться и учиться…
- Ты как? – Виррин держал в руках шприц-пистолет, видимо ожидая, что я кукарекнусь и придется меня «фиксировать».
- Могло быть и лучше… - Я сполз по стене, одновременно и проклиная молодое тело, просто фонтанирующее гормонами, и радуясь ему, такому прочному и такому…
- Идти сможешь? – Виррин со вздохом наблюдал, как пара добровольных санитаров укладывают Иррену в черный мешок и застегивают молнию.
- Да… - Я кастанул на себя «лечилку», заодно врубая на всю ивановскую «холодный разум».
Нейромодуль взялся за гормоны, «лечилка» за повреждения, а холодный разум спрятал слезы, которые все-таки подбирались наружу. – Простыню подай, пожалуйста…
Замотавшись в терпко пахнущую больницей, белую простыню, помотал головой и потопал…
- Стоять! – Виррин поймал меня за руку. – Давай в медотсек!
Пришлось топать за парнями, что несли на носилках бездыханное тело психологини и разбираться с вероятностями, которые бурлили и выплескивались, гарантируя мне еще минимум час веселой жизни!
В медотсеке, к моему удивлению, царили тишь да гладь, да божья благодать!
Только Эва отходила от первого испуга, прижимаясь к Гасу. Или Бенедикту? Или…
- Медотсек и командная рубка – два самых защищенных места на нашей калоше! – Объяснил мне, вошедший следом, Виррин.
Виррин и вся компания принялись заниматься своим делом, лишь на минуту отвлекшись на меня – достали из шкафчика медицинский комбинезон и пришлось упаковываться в него, раз уж другого нет.
- В общей сложности, повреждено три отсека из двадцати семи. – Голос капитана «Шаллы», Элии, звучал удивительно спокойно. – Целили в медотсек, но Ибарр успел притормозить, так что удар пришелся на вспомогательный уровень. К сожалению, есть раненные и, что страшнее всего, есть погибшие.
Народ в медотсеке замер.
- У «поверхностных» есть понятие «почтить память минутой молчания». – Капитан Элия Сольвейг вздохнула. – Думаю, это прекрасное понятие и прекрасная возможность почтить тех, кто уже не с нами…
На минуту весь корабль, как мне показалось, замер, замолчал, отдавая честь и запоминая ушедших.
Минута тишины и…
Вот весь корабль снова единое целое, уже спокойное и собранное.
- Виррин… Что произошло? – Я докопался до главврача, попутно помогая ему с раненными, у большинства из которых вывихи, переломы и ушибы. – Как это могло случится?
- Эхо войны… - Развел руками мужчина, с хрустом вправляя выбитое плечо. – Мы столетиями готовились к войне с поверхностниками, выводили особые виды, модернизировали организмы… Вот и отыскал кто-то меч-рыбу, которую готовили как камикадзе, укрепляли меч, чтобы она пробила стальной корпус, усиляли мышцы и наращивали шкуру, увеличивали размер, чтобы больше взрывчатки вошло…
- Так, на нас напали? А кто? – Я щелкнул сидящую передо мной девушку по носу, а когда она обиженно вскинулась, вправил выбитую из сустава руку и принялся колдовать с перевязкой, лишь «слегка-слегка» кастуя «лечилку».
- А кто разберет? – Виррин пожал плечами. – Отпусти Эволгу, она домотается сама, а то она тебя прям сейчас и здесь изнасилует, займись лучше Мирмиком, у него перелом голеностопа, а у тебя, судя по тому что я вижу, очень хорошие руки…
Красная от смущения Эволга, после слов главврача ракетой вылетела из отсека, а я занялся ногой молодого рядового Мирмика, неудачно посетившего туалет во время взрыва.
- Виррин! – Я вновь привязался к врачу, требуя больше деталей. – А если серьезно?
- Да кто угодно. – Виррин отвернулся от подошедшего к нему капитана Каса и с душой чихнул. – Да ведь, капитан?
