Разобраться ни в последствиях аварии, ни в собственных ощущениях не удалось: на браслете прозвучал очередной вызов. Элисей взвинтился, решив, что это Дженнер вновь вызывает его или вообще Главный, но ошибся. Его ожидал сеанс связи с Землей.
- Что еще? Кого там приспичило? - недовольно проворчал Элисей. Наручный коммуникатор на это ничего не ответил. Элисей нехотя поплелся в зал видеосвязи.
К удивлению, вызывавшим его абонентом оказалась Татьяна Алексеевна, мама Элисея.
- Что-то случилось?! - сразу же спросил Элисей, едва сев к экрану и поздоровавшись: прямой сеанс видеосвязи Земля - Венера был недешевым. Он сам воспользовался этой возможностью лишь один раз, когда обустроился и решил предстать перед мамой в форме и за рабочим местом. Всё остальное он сообщал письменно раз в неделю. Собственно и писать особо было не о чем - рутина.
Последнее, чем удалось разнообразить письмо - это описание полета на Меркурий. Разумеется, он не стал сообщать, что был на аварии, ни к чему расстраивать маму, но и врать не стал. Просто написал, что отвозил китайским товарищам некоторые запчасти и помог кое-что отремонтировать из электроники.
"А вообще Меркурий так себе. Огромная голая каменюка, к тому же горячая. Вот и всё", - вспомнились слова из того пространного послания.
В общем-то, Элисей писал, чтобы мама не подумала, что он о ней забыл. Так, не письма, а скорее напоминания: "Я жив, я помню о тебе".
Собственно так повелось давно с института, даже раньше, еще со школы. Со спецшколы.
Когда Элисею исполнилось пять лет, как раз заработала программа альтернативного образования. Властьдержащие поняли, наконец, что если они желают построить светлое будущее для своих сограждан, начинать надо с его будущих строителей, а для этого их следует вырастить, воспитать и обучить. Для этой цели были созданы закрытые школы-интернаты, где обучение велось по совершенно иной методике. В них предполагалось не пичкать ребенка проверенными, но поверхностными истинами, а выявлять его способности на самом раннем этапе познавания мира и уже в соответствие с этим определять направленность его будущей профессии.
По этой причине детей отбирали на добровольной основе с согласия родителей. "Отбирали" в буквальном смысле: дети, признанные комиссией как особо одаренные, должны проходить обучение в закрытых пансионатах под присмотром учителя и наставника.
Разумеется, этому новому методу нашлось множество противников. Ими оказались в первую очередь мамы, которые ни за что не желали отдавать своих чад в чужие руки. На их сторону встали чиновники и функционеры различных управленческих структур, которые сознавали, что при подобном раскладе дел в ближайшем светлом будущем им самим, скорее всего, не найдется ни дела, ни места. Вместе они образовали прочный тандем, сломить который оказалось делом непростым и нескорым.
Даже тот факт, что Александр Сергеевич учился практически в подобном же заведении, оказался малоубедительным. Контрдовод формулировался примерно так: "Нам не нужны Пушкины! Мы хотим, чтобы наши деточки росли здоровенькими, пухленькими, тепличными огурчиками. Пусть они будут при этом не самыми умными, но нам этого и не надо - знания лишь портят здоровье и укорачивают жизнь! К тому же Пушкин плохо кончил". Определенная логика в этом, конечно же, была: пусть будущее строит кто-то другой, мы же подождем в сторонке, а потом будем в нем просто жить.
Переубедить людей отказаться от синицы в руках, ради журавля в небе оказалось сложно. В свое время даже Господу Богу этого не удалось сделать. Он вынужден был водить свой избранный народ по пустыне до тех пор, пока не умер последний, кто помнил рабство.
Люди, смотрящие вперед, тоже не стали переубеждать инертное и неподатливое большинство. Они терпеливо дождались результатов, когда выпускники новых учебных заведений показали, на что способны. Да, ответственности на них оказалось больше, но и перспектива открывалась куда просторнее.
Функционеры осознали это раньше и, быстро расставшись со своими единомышленниками, стали всеми правдами и неправдами пропихивать своих детей в новые школы. В одно время в эти школы-интернаты даже невозможно стало попасть простому смертному. Но к тому моменту, когда маленький Элик должен был пойти в школу, ситуация несколько стабилизировалась. Сторонников и противников нового обучения оказалось примерно поровну, а за порядком поступления стали следить очень внимательно.
Когда Элисей прошел комиссию "на отлично", его мама, как ни странно, согласилась без сожалений и причитаний. Этому ее решению способствовал и тот факт, что муж, к тому времени, уже не давал о себе знать более года. Он пропадал где-то в поясе Астероидов. Там работали старатели на добыче драгоценных камней. На них неожиданным образом объявился удивительный спрос на Земле. А потому старатели могли разбогатеть или обеспечить семью на очень-очень долгое время всего лишь за один-единственный рейс. От желающих не стало отбоя.
