— Рыцари-прометейцы у нас есть… в теории, — отметила Дэйр-Ринг. — Я послала запрос — все двенадцать стазисных капсул откликнулись. Кортана их по какой-то причине так и не активировала. А мы можем.
— Капсулы — да, можем. Но не самих Рыцарей. Они абсолютные однолюбы, а единственное существо, имевшее право отдавать им приказы, в Галактике больше не наблюдается. Будут стоять и молча пялиться на нас, а попытаемся их заставить… плохо будет, в общем.
— Но возможно, у них остался последний приказ — уничтожить Обелиск…
— Возможно. Тогда они пойдут его исполнять. Так, как сами считают нужным. Не считаясь с потерями и видя в нас только помехи. Без командира они не способны к сотрудничеству. Так что их активацию я отложу — как последний довод королей.
— Остаётся только два варианта. Либо прыгаем в будущее — прямо в свою эпоху, уже без всяких промежуточных остановок, либо…
— Либо что?
— Либо ищем гробницу Рианона, входим туда и спрашиваем у Змеи, есть ли у неё какие-то советы по поводу этой зверюги. Нам ведь не только Дж-Онна, нам и её народ в этой эпохе в плоть возвращать надо. Так что она — лицо заинтересованное.
— В гробницу нам нужно в любом случае, так что это, пожалуй, оптимальная стратегия.
Зная свою «удачу», Ричард был уверен, что гробница Рианона окажется где-нибудь посреди крупного города и придётся снова ломать голову над проникновением в неё. Но как ни странно, в этот раз всё оказалось не так сложно. Чёрный пузырь оказался всего лишь похоронен внутри крупного холма. Прибывший на место трамод, всё ещё замаскированный под корабль чёрных пиратов, обнаружил единственное препятствие в виде семейства больших белых обезьян Барсума. Бедным животным не повезло — они были слишком похожи на джиралханай, к которым были свои счёты как у Спартанцев, так и у унггой. Получив в своё распоряжение «чучело шефа» в количестве шести, отряд «Венера» изрядно оторвался на нём, сбрасывая напряжение.
Средний рост унггоя — полтора метра. Средний рост белой обезьяны — четыре метра. Как и зелёного кочевника, в принципе, но обезьяна гораздо плотнее сложена и шире в плечах, она не так сильно напоминает кузнечика. «Ворчуны», конечно, тоже весьма крепко сложены, но разница в размерах… казалось, единственный способ выжить для этих маленьких отважных воинов — немедленно применить плазменное оружие, желательно тяжёлое. Если добавить, что гравитация на родной планете унггой была хоть и выше марсианской, но ниже земной, а также то, что у этих маленьких метанодышащих созданий сложилась репутация трусов — даже этот шанс казался весьма призрачным.
Но эти шестеро были далеко не типичными унггой.
Маленький размер для них означал в первую очередь то, что по ним было сложно попасть. Во всяком случае, таким крупным тварям и в рукопашном бою. Прицельного комплекса Спартанцев бедным животным как-то не выдали. Они расшибали себе лапы о землю раз за разом, а бойцы «Венеры», подвижные, словно шарики ртути, проскальзывали у них под ногами, и тыкали электрошокерами в самые чувствительные места, пока марсианские чудовища не выдохлись и не признали капитуляцию — скуля, начали отползать прочь, а потом задали стрекача. Унггой вернулись в корабль с чувством глубокого морального удовлетворения, хотя и жалели, что это была всего лишь имитация — настоящего джиралханай они бы погоняли ещё охотнее.
— Как думаешь, — спросил один из них другого, — нам когда-нибудь дадут для тренировки настоящего демона?
— Я бы на вашем месте молил Предтеч, чтобы не дали, — хмыкнул Джексон-007. — Настоящий Спартанец — это вам не над зверушками издеваться. Но если не боитесь, после задания я готов устроить с вами тренировочный спарринг — со всей командой, только чур, фулл-контакт. Убивать не буду, но живого места на вас не оставлю.
— Ты не представляешь, какой подарок нам сделал, человек! — довольно оскалился командный психолог. — А сейчас работать, негр, солнце ещё высоко!
И выскользнул из отсека раньше, чем Спартанец осознал, что означает это старинное выражение, и какое оскорбление ему нанесли. Рёв возмущённого Джексона разнёсся на мили вокруг, и даже свирепые обитатели марсианской пустыни в ужасе бежали прочь, гадая, что за чудовище объявилось на их землях, страшнее любой белой обезьяны.
Они развернули мобильную землеройную установку. Глина под кораблём полетела в разные стороны комьями, и всего через двадцать минут показался на свет неуязвимый и неподвластный времени чёрный пузырь инопространства.
Теперь оставался сущий пустяк — решить, кто пойдёт в гробницу на переговоры. Определённо, это должен быть кто-то, кто её уже проходил. Дж-Онн этого сделать физически не мог. Оставались Охотник, Ричард и М-Ганн. Кем экспедиция была готова пожертвовать?
Никто не боялся, что Змея причинит путешественникам какой-то физический вред — но сама механика машины могла выкинуть их в любом тысячелетии.
