Эволюция моргоров очень интересным образом решила проблему роста существ с экзоскелетом — уязвимость в процессе линьки. Моргоры не линяют. Вместо этого через отверстия в черепе и суставах выползают так называемые волокна роста, обволакивают скелет снаружи и постепенно твердеют. Таким образом формируется новая внешняя кость — а внутренняя под ней после этого потихоньку растворяется. Гениальное решение с инженерной точки зрения — но из-за него подростки-моргоры часто выглядят даже не как скелеты, а как освежёванные заживо люди.
Те же волокна отвечают и за пищеварение — у моргоров оно наружное, как у морских звёзд. Тоже зрелище не для слабонервных — выскакивает из пасти или из руки нечто полупрозрачное, влажно-слизистое, обволакивает кусочек пищи — и давай пульсировать, переваривая. Продолжаться такая трапеза может до пяти часов, в зависимости от количества пищи.
Лёгких у моргоров было много, и находились они в полостях костей. Дыхательная система, как нетрудно догадаться, при такой конструкции могла быть только трахейная. Кровь переносила лишь питательные вещества, а не кислород.
Когда биологи Ковенанта получили эти описания, у них дружно поотвисали челюсти. Нет, саму возможность такой жизнедеятельности никто под сомнение не ставил — ничего запредельно-фантастического в ней не было. Те же мгалекголо были во многом устроены по схожему принципу. Другое не укладывалось в голове — зачем эволюции или разумному проектировщику могли понадобиться подобные существа? Какие преимущества в борьбе за выживание они могли получить перед обладателями нормальных эндо- и экзоскелетов?
Можно понять, почему бывает выгодно упаковать существо в контейнер. Защитить от радиации или от каких-нибудь мелких кусачих тварей… Но зачем паковать его в такой тесный, узкий контейнер? Оптимальная форма для защитной оболочки — это шар, минимальная поверхность при максимальном объёме.
— Стоп, — подпрыгнула Дэйр-Ринг, — кажется, я поняла! Это будет иметь смысл, если одна и та же костная структура может по очереди играть роль то эндо-, то экзоскелета!
— А ведь верно, — подхватил Ричард. — Их волокна роста вполне могут быть рудиментом такого перехода! Если что-то регулярно, но не постоянно угрожает нашим мягким тканям, может быть выгодно время от времени прятаться в собственный скелет, как в раковину. Потеряем часть биомассы, но жизненно важные органы не пострадают. При этом даже в панцире мы сохраняем подвижность и способность к действию, что может быть необходимо для перехода в более безопасный район. Не все же умеют делать мягкие ткани прочнее стали, как мы.
— Но я ни разу не видел, чтобы они ходили «развёрнутыми», — возразил Шторм. — А наблюдал я за ними долго.
— Может быть, эта способность была утрачена относительно недавно по меркам эволюции, и кости ещё не успели изменить форму под новую ситуацию. Или они по какой-то причине осознанно отказываются от наращивания плоти поверх скелета. Люди тоже делают далеко не всё, что им позволяет делать биология.
Сейчас, однако, гораздо важнее было не то, что моргоры представляют собой как биологические объекты, а то, что они могут как цивилизация. А могли они немало. В конце концов, это была единственная полноценная индустриальная межпланетная цивилизация в Солнечной системе этой эпохи. Жрецы-Короли умели больше, но не любили сражаться и постепенно вымирали. Курии могли больше, обожали войну, но постепенно утрачивали технологии и деградировали в культурном плане, вдобавок страдали от дефицита ресурсов. Барсумцы лишь немного отстали технологически, любили воевать даже больше, чем курии, и размножались в темпе эпидемии, но им категорически не хватало стремления к победе и понимания, что такое космос и с чем его едят. Амторцы вообще не слышали о космосе, поскольку никогда его не видели, у них даже понятия такого не было — «планета». На попытку описать истинную структуру вселенной они реагировали замысловатым словечком «масаракш!». Земляне были самыми многочисленными и динамичными в социальном и научном плане, но они поздно начали — и поэтому категорически отстали в технологиях, занимая второе с конца место — после гориан. Кроме того, Земля в сравнении со всеми остальными имела чудовищно низкий уровень мобилизации — на ней был солдатом в лучшем случае каждый десятый, причём большинство — из-под палки. Подавляющее большинство землян хотело просто жить мирно и делать свой маленький бизнес. Конечно, по этому параметру ни один мир не мог сравниться с Барсумом, где каждый мужчина — воин по определению. Однако многие подошли достаточно близко — на Горе-1 и Горе-2 воинские касты многочисленны и весьма престижны, у курий каждый доминант имеет с трудом сдерживаемый инстинкт убийства. Только амторцы и Жрецы-Короли, подобно землянам, воюют лишь по необходимости — но на Амторе необходимость возникает гораздо чаще.
