— Тогда остаётся два варианта, — сделал вывод Ричард. — Первый — открыться их руководству, объяснить, кто мы, насколько мы сильнее их, и что в их дела вмешиваться не будем, пока они не лезут в наши. Второй — напугать их не хуже, чем Турия. Чтобы даже не пытались выяснить, с чем имеют дело, просто обходили десятой дорогой.
— Мне второй вариант нравится больше, — прорычал Гродд.
— Кто бы сомневался, — хмыкнула Дэйр-Ринг. — Мне тоже, в принципе. Но ты упускаешь один нюанс. Мы не сможем задействовать в этой акции террора расы Ковенанта. Её придётся проворачивать руками наёмников курий на планетах. То есть простых смертных, без наших технологий и сверхспособностей. Победить в этой войне наёмников мы может быть и сумеем — и то не факт. Но победить так, чтобы моргоры были в суеверном ужасе… Сомневаюсь, что агентам курий это под силу — сколько бы мы ни заплатили. Деньги решают не всё.
— Если осторожно, то использовать наши сверхсилы можно, — не согласился Гродд. — Не в каждой операции, но в нескольких ключевых… при правильной организации они не дадут моргорам никакой информации, только ещё больше запутают и испугают.
— Господа, — поднял руку Нотар, — у меня есть предложение. Мы можем избрать третий вариант, компромиссный.
— Это какой же? — прищурилась Дэйр-Ринг.
— Я изучил отчёты Шторма. Несмотря на то, что моргоры очень гордятся своим расовым единством, в действительности их империя довольно-таки расколота. Дома, на Горе-2, вся власть принадлежит старым родам. Формально у моргоров нет аристократии, и даже сам император — лишь первый среди равных. Но по факту… Знаете, это та ситуация, о которой говорят — «Может ли сын генерала стать маршалом? Нет, потому что у маршала тоже есть сын».
Нотар использовал земные высшие военные звания, а не барсумские, потому что на Барсуме такая пословица была бы лишена смысла. В городах красных людей смертность на войне была достаточно велика, и мест на верхушке пирамиды всегда хватало. Что же до Лотара, то здесь смертность в войнах была равна нулю, и о социальных лифтах все давно забыли. Но в Лотаре и детей давно не рождалось, так что у генерала никакого сына быть не могло.
А вот в империи моргоров кумовство со временем стало очень серьёзной проблемой. Там не было денег, не было наследственных титулов, поэтому отец передавал сыну только неформальные преимущества — свои связи, знакомства, рекомендации. Только отец и только сыну — женщины моргоров никакого статуса в обществе не имели, считаясь чем-то вроде говорящего имущества. Однако этого хватило, чтобы за много тысяч лет сформировались мощные кланы, основанные на взаимном поручительстве. Моргор, не имеющий таких рекомендаций, не имел и шансов на продвижение.
Для одарённых и амбициозных личностей оставался только один путь — в космос. Руководить шпионскими сетями и готовить почву для вторжения. В Корпусе Разведки происхождение и рекомендации имели куда меньшее значение, чем способности и удача. Тут даже женщины моргоров могли сделать карьеру.
Так постепенно сформировались два принципиально разных общества. Одно, планетарное — ориентированное на процесс, косное и сильно дифференцированное, состояло из разжиревшей (в переносном смысле, в буквальном моргоры не толстеют) глуповатой элиты и бесправной толпы плебса. Второе, космическое — ориентированное на результат, не менее иерархическое и безжалостное, но куда более гибкое. Формально лорд-маршал Корпуса подчинялся императору, на практике же организация была почти независима. Не потому, что разведчики отказывались подчиняться командованию на Юпитере, а потому, что процентов девяносто их проблем планетарная администрация просто не понимала — приходилось решать всё на местах самостоятельно.
— Таким образом, если мы откроем тайну существования Ковенанта правильным моргорам из Корпуса Разведки — до императора она может и не дойти. Либо дойти в сильно искажённом виде — именно в таком, какой нам и нужен. «Явились гости из другой звёздной системы, немногочисленные, но с очень развитыми технологиями, которые подмяли курий под себя. Ссориться с этими гостями не стоит, немедленной опасности они не представляют — если их не спровоцировать». Поверьте, в правильной подаче информации начальству лорд-маршал разбирается гораздо лучше нас.
— В этом я не сомневаюсь, но с какой стати он станет искажать информацию так, как выгодно нам? — поинтересовалась Дэйр-Ринг.
— Разведчики куда менее ксенофобичны, чем жители метрополии. Им это по работе необходимо — уметь договариваться с ксеносами.
— Допустим, но что мы сможем им такого предложить?
