«То ли я чего-то не учитываю, то ли всё это грандиозное мошенничество, и Барсуму ничего не угрожает. Даже при самом худшем раскладе они три раза успеют продолбить стену фабрики, прежде чем концентрация кислорода станет критически низкой! И это если предположить, что фотосинтезом на планете вообще никто не занимается, а ведь какая-то флора здесь есть, пусть и недостаточная для полного обеспечения фауны».
Он выслал автоматические зонды взять пробы воздуха в разных районах планеты. Вряд ли кому-то в такой ситуации будет до тщательного изучения неба, а если и заметят — вряд ли станут тратить время на перехват. Все крупные государства Барсума уже знали о случившейся катастрофе.
Стоило ему взглянуть на результаты проб — и его спокойствие словно ветром унесло.
Неизвестные злоумышленники не просто отключили атмосферную фабрику! Они переключили её в режим выработки монооксида углерода, более известного, как угарный газ! При этом хитрая система труб (которая в норме обеспечивает равномерную доставку кислорода всем районам и исключает образование пожароопасных регионов) работала против марсиан — концентрация отравы медленно повышалась во всех обитаемых районах планеты, не вызывая подозрений, пока не достигнет опасного порога. При этом для воспламенения доля CO в воздухе будет всё ещё слишком мала.
Это был очень грамотный ксеноцид. Не стоит даже думать, что такое можно проделать случайно — провернуть подобную комбинацию может только специалист по терраформирующей технике и биологии живых организмов.
Ричард, конечно, мог бы предотвратить его в три щелчка пальцев. Причём предотвратить в одиночку, даже не требуя помощи остального Ковенанта. Раз — прыгаем к Барсуму (именно прыгаем, на досвете уже не успеть долететь). Два — хватаем трамод и мчимся к фабрике. Три — проходим сквозь её «непроницаемые» стены и переключаем машины на очистку от угарного газа и синтез кислорода, как и положено. Вот только после этого о секретности Ковенанта в Солнечной придётся забыть — об этом «подвиге» каждый калот будет знать. Предположим, на планете он ещё сможет стать более или менее невидимым, но вот открытие портала пространства скольжения над планетой — видно даже невооружённым глазом.
Спрашивается, готов ли он пожертвовать конспирацией ради спасения жителей планеты, которые ему не друзья и не родственники?
Он хотел было вызвать Охотника за душами и спросить, какова вероятность вымирания Барсума в ближайшую неделю, но передумал. Допустим, Охотник укажет десять процентов или ниже. И что это даст? Может, она как раз потому и низкая, что Ричард всех спасёт?
Кстати, об Охотнике… если прыгнуть на малую высоту, куда-нибудь в необитаемую область, впритык к поверхности… «Найткину» не в первый раз такой манёвр выполнять. Конечно, барсумские пустыни необитаемы только условно. Но сочетание рекомендаций Охотника и орбитальных съёмок поможет избежать столкновения с племенами зелёных кочевников. Ему понадобится территория без единого наблюдателя в радиусе… 88 километров?! Многовато, вряд ли удастся выцарапать такой большой кусок безлюдной пустыни. А если прыгнуть в естественную впадину? Например, в долину реки Исс? Там вполне можно найти участки без паломников. А лететь от этой долины до центральной фабрики не так далеко — две тысячи километров максимум.
Он скомандовал ИИ начать расчёт внутрисистемных прыжков к Марсу и вызвал на связь Охотника.
Так получилось, что Ричард впервые в этой эпохе оказался на родной (для Алефа) планете, хотя занимался её проблемами уже не первый год. Пафосные выражение вроде «впервые ступил на её почву» или «впервые вдохнул её воздух» были здесь неприменимы. Он не касался ногой земли, потому что летел, и не дышал, потому что кислородная атмосфера была бы для него ядовита.
Долина реки Исс представляла собой впечатляющее зрелище. Эта система каньонов превышает знаменитый большой каньон реки Колорадо в 10 раз по длине, в 7 — по ширине и в 7 — по глубине, и является самым крупным известным каньоном на планетах (самый большой каньон в Солнечной системе обнаружен на спутнике Плутона — Хароне). Земляне намного позднее назовут её долинами Маринера. Это также почти единственное место на Барсуме, где можно встретить дикую высшую растительность, не поддерживаемую гидропоникой (мох, распространённый в пустошах, не в счёт). Казалось бы — за право заселить этот Эдемский сад должны идти непрерывные сражения, но долина пуста, если не считать немногочисленных лодочек паломников. Религиозные соображения удерживают красных и зелёных барсумцев подальше от этого места.
