— Или, оставив все как есть, заказать любое другое желание — по вашему усмотрению и вкусу, — заключил вместо майора И-Лим.
— Таково ваше право, — добавил Хорсер.
Оба мелианца выжидающе уставились на соланийку. Похоже, что им было абсолютно все равно, какое решение она изберет.
— Я… я.. — Эйлана колебалась: ведь желание, за которое она боролась все последние дни, было только одно! — Я хочу, чтобы они воскресли. Да, таково мое желание.
В то же мгновение Зал озарился сиянием, умершие поднимались, поправляли одежду, начинали оживленно что-то обсуждать. Гул голосов постепенно нарастал.
Рядом с Соланийкой внезапно возник Ролой:
— Да, мисс Эйлана, это было феноменально! Я бы даже сказал "незабываемо"! Прекраснейшие мгновения! Вы согласны со мной? Где бы еще мог развернуться такой Финал! Да здравствует Мелия!
Соланийка, потрясенная происходящим, не могла вымолвить ни слова. Она не находила в этой безумной акции смерти и воскрешения ничего прекрасного.
Ролой бросил взгляд в сторону трубчатолицего:
— А вот Чинке пройдется полежать в больнице. Быть может, его мозг пострадал необратимо. Но теперь вам полагается главный приз наших Игр — ЖЕЛАНИЕ!
Эйлана вздрогнула и оглянулась в поисках Хороера и И-Лима, но тех и след простыл.
— Что же вы закажете? — настаивал Ролой. — Мисс Эйлана, вашего решения ожидает вся Мелия!
Толпа приветственно закричала, завопила, заорала: руки, хвосты, лапы, щупальца, крылья — все взметнулось вверх в едином порыве, приветствуя победительницу, воздух взорвался, наполненный многотысячным воплем, и этот кошмарный вопль заставил Эйлану поспешно закрыть уши руками. Сейчас ей хотелось только одного — оказаться подальше от этой ликующей толпы воскресших мертвецов, минуту назад она видела их бездыханные тела, а сейчас они живы и веселы, они празднует ее победу. Рассудок Эйланы не был приспособлен к подобным метаморфозам.
— Я прошу тишины… - едва слышно проговорила Эйлана.
— Отлично! — закричал Ролой во всю глотку прямо над ухом соланийки. — Эйлана пожелала тишины!
Толпа восторженно заорала:
— Тишина! Тишина!
Ролой вновь обратился к соланийке:
— Вы желаете в виде камушка, цветка или еще чего-нибудь? Можете не сомневаться — Мелия выполнит любой ваш каприз, каким бы безрассудным он ни казался. Ну, же! Смелее!
— Я не знаю… Я просто хочу тишины… - голос Эйланы был едва слышен.
— Великолепно! Итак, генератор тишины должен быть настолько чутким, чтобы реагировать даже на мысль заказчика, превосходно! Лига Казино берет на себя разработку внешнего дизайна.
— Лига! Лига!
— Тишина! Тишина!
— Эйлана! Эйлана!
Толпа неистовствовала, имя победительницы многократным эхом отозвалось из Зала и выплеснулось на площадь перед Дворцом, а затем пронеслось по всей планете. Усиленное спутниками оно летело через ретрансляторы на другие планеты, будоража всю Галактику новостью о рождении нового мелианского чемпиона.
— О, Космос, — прошептала Эйлана и упала в обморок…
… Соланийка очнулась на мягкой гидрокойке, кто-то заботливо укрыл ее одеялом.
Взор Эйланы упал на неясные тени стоявших рядом. Чуть напрягшись, она разглядела И-Лима и Хорсера.
— Проще было оставить их лежать в том Зале, — голос вне всяких сомнений принадлежал Предводителю. — Ведь это никак не отражалось на призовом желании.
— Однако вопрос доброй воли тоже немаловажен, — молвил эльсинорец. — Вы произвели на меня приятное впечатление, мисс Эйлана. И на всю Мелию тоже! Я попросил Лигу ускорить разработку генератора тишины; можете полюбоваться на него — он теперь ваш.
На ладонь соланийки лег алмаз в виде четырех лепестков, соединенных восьмигранной шпилькой. Генератор сверкал, подобно ярчайшему из светил Вселенной,
— А он действует?
— Конечно.
Внезапно Эйлана вспомнила день финала в мельчайших подробностях. И Зал, и Чинке, и Ролоя. И Жака!
— Жак! Где он теперь? Майор, вы куда-то отправили его в день Финала.
— Нет, тогда я просто вывел их из Зала. А отправил я его только вчера.
— Но куда? Я должна ему кое-что сказать.
— Скажете, когда он вернется с Актерии — от вашей принцессы…
Конец Второй части
"При указании направления главное,
чтобы расстояние было подальше"
Хорсер
— Клу, ты — мошенник! — негодовал Ролой.
— Это не совсем точное определение, — ответил чиуанин.
— Шантажист и вымогатель!
— Теперь ты гораздо ближе к истине.
— Не понимаю, что меня заставило связаться с тобой?! Ведь от тебя нет никакой пользы!
— Неправда, — возразил Клу. — Ведь это я уговорил Жака проиграть Эйлане. И тебя это спасло от неминуемого наказания. Где бы ты сейчас был, если бы Жак праздновал победу? В Лабиринте? В ссылке? В бегах?
При упоминании о Лабиринте — страшной планете-тюрьме, Ролой вздрогнул.
— Если бы не Хорсер… — Ролой начал и тут же осекся.
— Договаривай, — потребовал Клу. — Если бы не Хорсер, то что?
— Ничего.
— Не запирайся. Ты хотел сказать, что это Хорсер требовал от тебя победы Эйланы, не так ли?
