Однако полиция принимает угрозу всерьез. В том же 1749 г. маркиза де Помпадур добилась отставки морского министра Морепа, и тот перед уходом ей угрожал. Заведено дело, Данри допрашивают, тот, набивая себе цену, еще красноречивее расписывает опасность заговора. От него требуют письменных показаний. Следователь сравнивает его почерк с почерком на посылке и убеждается, что они идентичны. Данри в итоге сознается, что разыграл все это ради благосклонности маркизы. Его признательные показания передают Людовику XV. Тот, решив, что этот Данри опаснее, чем кажется, повелевает заточить его в Бастилию.
Оттуда Данри ежедневно шлет маркизе письма с жалобами на кормежку, грязь и «плохую обстановку» в тюрьме. В конце концов она устраивает ему перевод в Венсеннскую тюрьму. Оттуда он, сочтя условия не вполне комфортабельными, сбегает. Спрятавшись у подружки-белошвейки, он продолжает писать Помпадур, требуя исправить допущенную к нему несправедливость. В письме указан его адрес, по которому Данри и арестовывают.
И снова мужчина в Бастилии. Не смирившись, он пишет и пишет маркизе де Помпадур, кляня несправедливое обращение и требуя срочного вмешательства. За это у него отнимают бумагу и чернила, тогда он пишет на собственной сорочке, кровью.
В конце концов, уязвленный отсутствием ответа и извинений от маркизы, он вторично совершает побег и добирается до Амстердама, откуда опять шлет маркизе оскорбительное письмо с указанием своего адреса. Задержанный голландской полицией, он передан полиции Франции.
В этот раз его помещают в худший застенок Бастилии и заковывают в кандалы. Там он приручает крысу, чтобы защититься от других крыс. Он плющит хлебный мякиш, делает таким способом бумагу и, окуная в свою кровь рыбью кость, пишет доклад о необходимости тюремной реформы. Священник, тронутый его упорством, снабжает его бумагой, пером и чернилами. Новый доклад Данри посвящен всеобщей налоговой реформе.
В 1759 г., после десяти лет заключения в каземате, его возвращают в обыкновенную камеру. Там он приручает пару горлиц, которых предлагает в дар для птичника мадам Помпадур. Узнав, что та уже скончалась, он требует освобождения и компенсации за кражу лучших лет жизни в размере ста тысяч ливров. Не принятый всерьез, он, пользуясь туманом, совершает третий побег и возвращается к своей белошвейке.
Оттуда он пишет письмо министру внутренних дел с требованием компенсации. Министр предлагает ему явиться в полицейский участок и там объясниться. В участке его, конечно, арестовывают.
И снова Венсенн, темница, кандалы. В 1777 г. его, правда, освобождает министр Малерб, впечатленный его непреклонностью. Едва выйдя на свободу, Данри торопится в Версаль, где клеймит аристократов, проводников произвола, и настаивает на возмещении ущерба. Новый арест и тюремное заключение.
Данри пишет очередное письмо, попадающее в конце концов к королеве Марии-Антуанетте. Та, вникнув в ситуацию, требует его освободить. Людовик XVI повелевает назначить ему пенсию в порядке возмещения за беззаконное заключение.
Когда в 1789 г. разражается Революция, Данри, называя себя первой жертвой монархических злоупотреблений, требует пенсии и получает ее от Законодательной ассамблеи. Он затевает процесс против наследников маркизы де Помпадур и выигрывает, заставив ответчиков выплатить ему умопомрачительную сумму. Затем публикует под псевдонимом «Латюд» историю своей жизни «Разоблаченный деспотизм», становящийся в революционные годы бестселлером. Умер Данри богатым и знаменитым, хотя никогда не учился и не работал.
Энциклопедия абсолютного и относительного знания.
Том XIV
Мы летим ночью, в дождь.
Я вольготно устроилась на дроне в форме листка клевера с четырьмя лепестками; на каждом лепестке вращается пропеллер.
Сзади, соединенный с моим дроном цепочкой, жужжит дрон Эсмеральды. Замыкающий в троице дрон Буковски.
Вспоминается фраза моей матушки: «Если тебя преследуют, важно бежать не быстрее преследователя, а быстрее другого, который мог бы заинтересовать его больше, чем ты».
Интересно, что бы подумала матушка, если бы сейчас меня увидела. Думаю, она бы мной гордилась. Я выпрямляюсь, напрягаю мышцы, глотаю хорошую порцию влажного воздуха.
