— Ну надо же, — искренне удивился Сергей. — Тогда как договорились.
— Хорошо, буду.
Олег нажал на отбой. Наташа молча слушала, Лицо ее было напряженным.
— Я боюсь.
— Не бойся. Все будет хорошо. Иди лучше приготовь завтрак.
Она обиженно надула губки.
— Все уже готово. Я два раза подогревала, а ты все спишь и спишь.
— Ну прости. — Олег чмокнул ее в щеку. — Работал до утра. А потом не спалось.
— Ладно, ладно, молчу. — Наташа ласково погладила его по голове. — Ты мой бедняжка. Не выспался?
— Выспался. — Олег рывком выскочил из кровати. — Идем подкрепляться. У нас впереди великий день.
— Так уж и великий, — пробурчала она недовольно.
— Великий, — упрямо повторил Олег. — Это день, с которого начнется твоя свобода. Вернее, наша свобода. Будем надеяться, все мытарства позади. Иди, корми меня, о прекрасная Натали!
Он шутливо сделал указующий жест перстом. Наташа прыснула, но тут же склонилась в низком поклоне.
— Слушаюсь и повинуюсь, мой господин.
Они, весело хохоча, в обнимку ввалились в кухню.
— А как там Валерина мама? — спросила Наташа, накладывая овсяную кашу.
— Понятия не имею, — пожал плечами Олег. — Мы не созванивались.
— Так позвони ему! Как-никак, он нас столько раз выручал. Сначала приютил, потом накормил шашлыком, да еще денег дал.
— Ну, положим, денег он не просто так дал, не Христа ради, — возразил Олег. — Ух, какая вкуснятина! Я все спросить хочу, где это ты научилась так готовить?
— Мама научила, — тихо сказала Наташа и отвернулась к плите.
Олегу показалось, что ее плечи вздрагивают.
— Ната, милая! Ты плачешь?
Он задохнулся от нежности и жалости. Она обернулась. Глаза ее были сухими.
— Нет, что ты.
— Тоскуешь о маме?
— Конечно. А ты разве по своей не тоскуешь? — Наташа подошла и присела к нему на колени. Он тихонько обнял ее.
— И я тоскую. Но я мужчина. И лет мне значительно больше, чем тебе. Я мог бы быть твоим отцом. Гипотетически.
— Представляю. — Она фыркнула. — Шестнадцатилетний папаша. А что? У нас в школе был один такой. От него семиклассница родила. Ей было тринадцать, а ему пятнадцать или шестнадцать. Родителей вызывали к директрисе, когда все узнали. Ух, как на него орала во дворе ее мать! Аж стекла тряслись.
Она засмеялась. Олег тоже улыбнулся, радуясь, что она больше не грустит.
День тянулся долго и тягостно. Они немного прогулялись неподалеку от дома, зашли в пару магазинов. По негласному соглашению оба не говорили о том, что должно было произойти вечером. В три Наташа подала обед, сварганенный на скорую руку. В четыре Олег почувствовал, как его начинает колбасить.
Вся затея с деньгами стала казаться полным бредом. В самом деле, Валерка прав — что мешает этим подлецам взять деньги и продолжить издеваться над ними? Ровным счетом ничего. А они остаются, фигурально выражаясь, с голым задом. Олегу придется потрудиться, чтобы заработать мало-мальски приличные бабки, ведь все наработки и черновики он продал.
Он изо всех сил старался не подавать виду, что волнуется. Видел, что Наташа незаметно наблюдает за ним, следит за его реакцией. У нее самой все валилось из рук. Несла в мойку тарелку, разбила. Уронила кухонное полотенце. Позабыла включить холодную воду в раковине и едва не обварилась кипятком. Так прошел час и наступило пять.
— Ну что, идем? — робко спросила Наташа.
Олег внимательно взглянул в ее лицо — оно было белым как мел.
— Может, все же я один?
Она заколебалась.
— Давай-ка, оставайся дома, — проговорил он настойчивее. — Незачем тебе туда ходить. С тебя довольно всего, что было. Я справлюсь сам.
— Олежа! — Наташа всхлипнула и повисла у него на шее.
Вид у нее действительно был не фонтан. Пожалуй, за все время, что Олег знал ее, она ни разу не казалась ему такой растерянной и жалкой. Даже когда собиралась выпить таблетки!
— Ну, ну, малышка. — Он крепко прижал ее к груди. — Успокойся. Посмотри какой-нибудь фильм. Выпей чаю. Я вернусь. Не переживай. Все будет хорошо.
— Все будет хорошо, — повторила Наташа дрожащими губами.
— Давай. Пора. — Олег осторожно оторвал от себя ее руки и надел куртку.
Проверил сверток за пазухой.
— Если что, звони.
Она поспешно кивнула. Он быстро шагнул за порог. У него щемило сердце. Что, если он видит ее в последний раз? Если Сергей пырнет его ножом и он останется лежать в траве у мачты? Олег резко захлопнул дверь. Не стал дожидаться лифта и сбежал вниз по лестнице.
Во дворе стояло такси. Увидев Олега, водитель спустил стекло.
— Вам куда?
Тот назвал место.
— Поехали, — сказал мужчина. — Все равно заказов нет.
Когда машина тронулась с места, Олег мельком взглянул на свои окна. Ему показалось, он видит Наташу. Она стояла, прилепив лицо к стеклу. Олег закашлялся, стараясь проглотить вставший в горле ком.
— Замерзли? — участливо спросил шофер. — Сейчас печку включу.
На МКАД они приехали за семь минут до назначенного времени. Шофер с некоторым удивлением затормозил у вышки.
— Вам точно сюда? Тут ни остановки, ничего.
— Точно. Спасибо.
Олег вылез из салона.
— Хорошего дня, — донеслось ему вслед.
