– Да, штурвал регулируется. И кресло подстраивается под анатомические особенности пилота, как только БК заканчивает считывание биопотенциала. Технология далеко не нова и используется не только в военном космофлоте. Какие еще типы звездолетов тебя интересуют?
Девушка отрицательно качнула головой.
– Спасибо, господин капитан. У меня нет больше вопросов.
– Айна, до тоннеля-перехода восемнадцать минут, – сказал Говард, – жду подтверждения работоспособности терминалов и согласование с сопровождением.
Рэд отошел. Когда вот так стояли за его креслом во время работы, он через пять минут начинал орать, что высадит всех, кому заняться нечем.
Заняться и в самом деле было нечем, а впереди – двое суток полета до региона назначения. А там неизвестно, на сколько часов или дней растянутся поиски «Астриксов» и клюнут ли крейсеры на приманку. Рэд вышел из рубки и побродил по тесным отсекам. «Курьер-9» не предназначался для перевозки VIP-персон, каюта была одна, разумеется – двухместная, по числу пилотов. Говард с Айной еще перед стартом изъявили желание спать на рабочих местах по очереди. Макса придется разместить с Виктором, чтобы лишнего не дергался. Он и так чувствует себя не в своей тарелке в замкнутом пространстве звездолета и заметно нервничает при любом изменении тональности работы двигателей. За пределами Альфа-радиуса удаленности специалист НПО «SES» не был ни разу. Так что до первого прыжка он будет сидеть в рубке, пока не убедится, что все в порядке. Рядом с Говардом даже Рэд чувствовал себя увереннее. Кроме того, инженерам еще предстоит пообщаться по поводу предстоящей работы.
Значит, самому Гардону в качестве спального места оставалась «Санта». Не так надежно, но и не так плохо. По крайней мере, он будет спать один. Рэд проверил герметичность стыковочного тамбура и спустился в вездеход. Здесь тоже было тесно из-за дополнительно установленной аппаратуры Ласкиса, но кресла пилотов все же раскладывались – приятная неожиданность. Он постоял, чуть пригнувшись, глядя на мертвую пока панель управления: обесточенные обзорники, темные индикаторы основных и дополнительных двигателей, прицельная планка… Светилось только мнемоническое меню системы жизнеобеспечения. Стоп! Прицельная планка.
Он уперся ладонями в невысокий потолок, проклиная вечную спешку перед стартом, и полез обратно.
– …три линии защиты. Как обычно, они представляют собой сочетание программных и аппаратных средств, – негромко говорил Макс Виктору, когда Рэд вернулся в кабину пилотов, – первая – теоретически из любой точки пространства, лишь бы сигнал дошел. Вторая – пятьсот тысяч километров. Третья – непосредственно на борту. Интервалы отключения не должны превышать двух часов, иначе все придется начинать сначала. Все лазейки я тебе сейчас покажу. И скрипты еще раз прогоним. Я раньше никогда взломом всерьез не занимался. Иначе бы быстро вычислили и с работы попросили…Делаем все синхронно. На подходе сначала отключаем первую, затем я из «Санты», ты с «Курьера» – вторую. «Гор» с «Рубином» ложатся в дрейф. Я перезагружаю Искин «Астрикса-1», после чего он снова берет ведомого на радиоповодок.
– Что он может посчитать оружием, Максим? – спросил Рэд.
Они оба подняли головы от схемы. Ласкис напружинился и поджал губы.
– На «Санте» стоит лазерный резак, – пояснил Рэд.
– Это ведь не пушка, капитан, – с сомнением сказал Виктор.
– Лучше убрать, – сквозь зубы процедил Ласкис. Парень оказался не только неразговорчивым, но и злопамятным.
– А вы не преувеличиваете оба? – спросил Виктор.
– Похоже, что нет. Выйдем из подпространства, одеваешься и со мной на вакуумный демонтаж! Выход через технический люк.
Рэд подмигнул ему и сел на место.
– Краткость изложения и простота мышления, – буркнул Виктор, – и как мы это сделаем, господин капитан?
– Знал бы – сам бы уже сделал, – ответил Рэд. – Говард, что из инструментов есть у нас на борту?
– Сейчас покажу на «вставке», сэр.
– В составе данной экспедиции я, между прочим, компьютерный мастер, – сказал озадаченный Виктор, рассматривая инструментальный набор, появившийся в правом верхнем углу обзорного экрана звездолета.
– Предлагаешь мне одному сходить? – ухмыльнулся Рэд.
– Втроем сходим, – не оборачиваясь, предложил Говард, – между прыжками несколько часов часов, не успеете. Не возражаете, господин капитан?
– Не возражаю, – подтвердил Рэд. – Айна, на выходе из подпространства берешь управление на себя. С тебя только контрольное пилотирование.
– Да, сэр.
– Айна, если ты нас обо что-нибудь стукнешь, мы никогда не споем дуэтом, – сказал Виктор. – Говорят, ты поешь и на гитаре играешь?
– Да, – удивленно ответила Айна, – а вы тоже?
– Бывает. Береги меня, а то так и не узнаешь, какие песни распевают бывалые космолетчики в опасных космических рейдах.
– И какие песни? – Айна улыбнулась и слегка развернула кресло, оглянувшись на бортинженера.
– У-у-у! – протянул Виктор и мечтательно поднял глаза к потолку. – Всему свое время.
