– Пристегнись, – сказал Рэд, провалившись в виртуальную вселенную и замкнув управление крейсером на себя. На системы наведения он даже смотреть не стал, чтобы время не терять. Разбираться с ними пришлось бы полдня. После «Флэшки» и «Санты» Гардону, который никогда не работал на крупнотоннажных звездолетах, и так нелегко пришлось. «Астрикс» обладал колоссальными возможностями и такой же колоссальной инерцией, и у Гардона сложилось ощущение, что он катается по пересеченной местности на башне повышенной проходимости.
«Гор» заложил несколько неуклюжих виражей, теряя стабилизацию и с трудом уходя от залпов своего бывшего ведомого, заныл ускорителями, провалился в подпространственный тоннель, вынырнул, получил удар в кормовые щиты и тут же ушел в новый прыжок. Гнавшийся за ним «Рубин» словно не замечал тех гравитационных ловушек, которые Рэд по привычке старался обходить по большой кривизне. «Рубин» пер сквозь космос напролом, используя опасное сближение с полями тяготения звезд и черных дыр как дополнительный фактор разгона перед прыжком. В искаженном пространстве-времени вблизи этих объектов задача ухода в подпространство облегчалась природными свойствами материи. Если, конечно, не затягивать процесс перехода. Через несколько минут гонки Рэд перенял у преследователя полезный опыт, и тут его бросило в другую крайность. А именно – всемогущество, за что он, в конце концов, поплатился полной потерей ориентации и экстренным выходом из подпространства прямо в облако ионизированного газа, нежно подсвеченное красно-желтым излучением ближайшей звезды. Засветка была полной. Рэд поплыл в светящемся молоке, по которому «Виртуальный контроль» гонял бессмысленные фрагменты звездных атласов. Он коротко выругался, переключился на технические параметры звездолета и двинул его вперед. Защита доложила о критическом росте уровня излучения. Значит, звезда, окружившая себя газопылевым, облаком была где-то прямо по курсу. Рэд тупо развернул звездолет на сто восемьдесят градусов, отогнал подальше от источника излучения и положил в дрейф.
– Макс! – Рэд вывалился из виртуалки. – У меня засветка и ориентации нет! Что с периферией?
– Вы сломали крейсер, мой генерал.
Рэд обернулся к нему, решив, что парень свихнулся. Облепленный сенсорами Ласкис с расцарапанной рожей и спутанными волосами безмятежно и благостно улыбался.
– Я восстановил связь, – пояснил он. – Ждем второго. Все… Все! Он должен быть шелковым!
– Ты слышал, что я сказал, Максим? – спросил Рэд.
– Слышал, капитан. Сейчас система виртуального контроля полета перезагрузится. Смотри!
Рэд перевел взгляд на обзорные экраны, изображение на которых все еще моргало и нервно вздрагивало. Вполне дружелюбный «Рубин», сверкающий навигационными огнями, вышел из подпространства, двинулся к ним и включил маневровые двигатели, пристраиваясь справа и чуть позади от ведущего звездолета. Забывшись, Рэд потянулся рукой к замку летного комбинезона, чтобы оттянуть его вниз, скользнул ладонью по нагрудной пластине легкого скафандра и удивленно посмотрел на руку, обвитую невесомыми нитями датчиков виртуального контроля «Астрикса». Нити сплетались в пульсирующих паучков и уползали на запястья, и дальше, к сенсорам, наспех закрепленным прямо поверх скафандра. На полу рубки валялись две пары перчаток. С минуту Рэд не видел ничего, кроме их расстегнутых зажимов.
– Куда теперь, на Диалат-4? – Макс кивнул на подошедший «Рубин». – Где все мы должны встретиться?
– Скачай информацию с бортового компьютера «Санты» – узнаем, – сказал Рэд.
Получив в ответ вежливую улыбку и небольшую лекцию о порядке соединения бортовых компьютеров в единую сеть, Рэд выяснил, что для начала он, т. е. БК должен быть хотя бы подключен к источнику питания.
– Просто так допуски не снимаются, – хмыкнул Рэд. – Я координаты цели на вездеходе забыл. Ставь автопилот, Максим, курс на L-31 или Натику-140. Здесь лучше не задерживаться. Мы совсем рядом с L-80 и устойчивым очагом поражения.
Ласкис развел руками:
– Я не могу одновременно загружать программу управляемого полета на первого пилота и режим автоматического следования. Если ты не заметил, капитан, я еще слетевшее позиционирование реанимировал, не говоря уже о радиопоиске и переговорах с «Рубином».
– Да? Тогда иди сюда, садись за штурвал. Может, пилот из тебя лучше получится.
– Что-о?!
– Да не бойся ты! – Рэд вылез из кресла. – Держи вот так. Я сейчас вернусь. Гравитация у нас везде есть?
– Нет.
– А лифты, замки отсеков? – спросил Рэд уже с меньшим энтузиазмом.
– Я этим еще не занимался.
– Ч-черт! Ладно, я быстро.
– Он… с курса съехал, – виновато сказал Макс, когда запыхавшийся Рэд вернулся и положил координационный диск на пульт бортинженера.
– Ерудна, сейчас исправим. Спасибо, дальше я. Воткни диск – узнаем, куда мы действительно пойдем.
Ласкис поменялся с Рэдом местами и выдал на экран координаты резервной военной базы ВКС Аналога-2. Название Дельта-18 Гардону ничего не говорило, но маршрут Хальтон обозначил четко. Рэд снова подключился к системе управления, сориентировался и вывел крейсер из дрейфа.
