– И правда, – улыбнулся Немо и протянул профессору трансформатор: – Оставьте себе, здесь он нужнее. А я потом новый сделаю.
Он еще раз окинул взглядом водную гладь, нащупал в кармане дневник родителей и тихонько вздохнул. Луна подошла и молча встала рядом.
– Пора, – Немо вдруг рассмеялся и подтолкнул ее плечом. – А то наш шеф-повар от тоски и в чашках дырок навыгрызает.
Вот уже полтора часа Немо копался в складе своих деталей, озадаченно поглядывая на отцовские часы. Луна медитировала, сложив пальцы в «ом» и страдальчески глядя в иллюминатор. Наконец она не выдержала:
– Может, лучше поговорим?
– Ни один из известных мне инструментов не подходит для этого разъема, – отозвался Немо, вернулся к работе и, задумавшись, затянул какую-то невнятную мелодию.
– Тссс, слушай, – Луна, не скрывая удовольствия, закрыла ему рот рукой и, откинув назад волосы, навострила ухо в сторону каюты. Лицо капитана «Наутилуса» густо залила краска, но он тоже прислушался.
– Хрум-хрум-хрум…
Немо и Луна устало переглянулись и отрепетированно взвыли:
– Ве-е-еня-я-я!
Космовёнок с дрожащими от удовольствия ушами покусывал страницу отцовского дневника.
– Немо, твой зверь съест всю книгу, и не видать нам родителей, как осколков космического мусора, – проворчала Луна, собирая огрызки страницы.
– Это ты говоришь?! Ты же последняя дневник брала! Печенье свое в первый же день от Веньки в сейф заперла, а важное… Дай!
Увидев протянутую к дневнику руку, Луна хихикнула и крутнулась на стуле так, что по ладони Немо пронесся розовый вихрь локонов. Капитан изловчился и выхватил записи с ее коленей.
– Подумаешь, – фыркнула она. – Вот бы узнать, что твои родители нашли на Павелике. В нормальном режиме до нее и к совершеннолетию не долетишь.
– Попасть на Павелику можно только одним способом, – нахмурился Немо. – Заправив корабль топливом «плюм», которое добывают на планете Фосфоро. Отец сделал пометку, что в состав этого топлива входит люминофор – вещество, способное преобразовывать поглощаемую им энергию в световое излучение.
– Переведи-ка эту абракадабру на межгалактический, – прищурилась Луна.
– Это значит, на Фосфоро добывают редкое, мощное топливо. И нам нужно им заправиться! Но есть одна проблема… – Немо ткнул в записанную на полях сумму, часть нулей которой отгрыз космовёнок. Впрочем, оставшихся цифр хватило, чтобы Луна присвистнула:
– И на какие галактиллионы ты собираешься заправляться?!
– Есть план, – ехидно подмигнул он. – Будем петь.
Немо полюбовался, как ее глаза от изумления меняют цвет, и пояснил:
– Мама подписала внизу страницы, что местные жители обожают популярную в их галактике музыкальную исполнительницу.
– Я поняла, – Луна покачала головой, – ты нарочно меня доводишь. Предупреди, когда начнешь репетировать. Я выйду в открытый космос.
– Не волнуйся, – подбодрил Немо. – Звездой будешь ты. Нам пригодится твоя способность перевоплощаться. Посетим Фосфоро под видом певицы и ее телохранителя.
– А телохранитель – Веня? Хочешь, чтобы нас раскололи с первых минут? Певица не может летать без капитана, им и оставайся, – Луна не сдержала смешок. – Всегда мечтала стать певицей! Перевоплощусь в прекрасную Аманджинисту.
Она закатила глаза и послала воздушный поцелуй воображаемым зрителям.
– Где мои цветы, подарки и еда?
– Аманджинистам не положено, – отрезал Немо. – Попридержи ракеты, как ты выражаешься. У жителей планеты есть свой кумир. Надо продумать все детали.
– «Фиолетовые верзилы с крошечным сердцем», – прочитала Луна и посерьезнела. – Твои родители что-то не в восторге от жителей Фосфоро. Боюсь, люмипутам незнакома пощада. Как они поступят с нами, если план не сработает?
На борту «Наутилуса» воцарилось тревожное молчание.
Едва Фосфоро появилось на экране, рубку озарила сияющая фиолетово-синяя радуга. Казалось, она окутала всю поверхность планеты, отражаясь в зеркальных многогранниках высоток. Луна и Немо завороженно всматривались в мерцающие переливы.
Космодром напоминал огромный гриб на высокой толстой ножке: шляпку отвели под парковку и заправку, ниже блестели многочисленные окна ярусов. Из ангаров то и дело появлялись прозрачные транспортировочные капсулы, взлетающие вверх или скользящие вниз.
В зоне приземления гостей ждали гигантские врата, напоминающие пчелиные соты, только сиреневые. Приветственное табло гласило: «Вам рады на Фосфоро», но фиолетовые физиономии вооруженных четырехруких верзил говорили об обратном. Фосфорианцы были в полтора раза выше Немо и двигались устрашающе медленно, словно предупреждая об опасности.
Выходя из корабля, Немо попытался придать своей походке уверенности, выпятив грудь и широко расставив ноги. На его плече в такт шагам подрагивали пушистые уши космовёнка. На середине пути соты вдруг засветились красным и издали оглушающий звук.
– Все, – онемевшими губами шепнул Немо. – Быстро они нас.
– Просьба! – пробасили в громкоговорителе. – Проходить через бластероискатели по одному!
