— Джейн нет дома, — пояснила девушка, когда открыла двери, за которыми их встретила темнота. Они разулись и прошли на кухню. Венера поставила на плиту чайник. Им нужно было немного тепла, чтобы согреться.
— Я пойду в свою комнату, переоденусь. Тебе лучше тоже раздеться, — она смущенно отвела взгляд от него и закончила предложение, — иначе заболеешь.
Он улыбнулся. Её невинность и смущение казались ему милыми. Листая эту книгу дальше, она нравилась ему только больше. Пройдя в свою комнату, Венера не сразу начала переодеваться. Она упала на кровать и тихо взвизгнула от счастья. Осторожно девушка притронулась пальцами к своим губам, пытаясь сбить с них вкус того поцелуя. Ей нужно больше. Ей мало одного поцелуя. Свое решение Венера обернула в пользу Меркурия и теперь заслуживает хотя бы ещё одного поцелуя.
Она переоделась в пижаму. Серый комплект, состоящий из кофты с длинными рукавами, но неимоверно короткими шортами, которые девушка отчаянно пыталась оттянуть вниз.
— Я уже выключил чайник, — сказал парень, как только Венера вышла из комнаты. Кроме боксеров и носков на нем больше ничего не было. Девушка смущенно опустила глаза вниз, стараясь не задерживать свой взгляд на его теле.
— Будешь зеленый или черный чай? — спросила она, доставая две коробочки с заварками.
— Я буду кофе, если можно, — он улыбнулся, заметив ничтожные попытки Венеры не смотреть на него.
— Джейн против кофеина, она считает, что он плохо влияет на мою психическую систему.
— Тогда ясно, почему ты так часто ходишь в Старбакс.
Венера засмеялась в ответ.
— В общем, я сделала тебе зеленый.
Она поставила кружку прямо перед ним, когда Меркурий наклонился через стол и снова поцеловал её в губы. Венера не отказалась от желаемого и после рассоединения, поцеловала Меркурия сама ещё раз.
— Я могу тебе дать спортивные брюки Джейн, чтобы мне было менее неловко? — спросила она, когда поцелуй прекратился, и они просто смотрели друг другу в глаза, прижавшись лбом о лоб. Венера чувствовала, как её сердце бешено выстукивает ритм её любимой песни Адель. Она закусывает нижнюю губу, но улыбка от этого не становится менее широкой, а может, даже наоборот.
— Как тебе угодно, — он засмеялся и, в конце концов, не удержался от того, чтобы поцеловать девушку ещё раз. Этот поцелуй был коротким, но ему хотелось целовать её ежесекундно.
Венера удалилась в комнату Джейн, откуда через минуту уже вышла с комплектом одежды.
— Я взяла ещё и футболку. Думаю, тебе как раз подойдет.
Венера отвернулась, когда Меркурий переодевался. Она села на диван перед телевизором и начала щелкать каналы, пока не почувствовала, как диван рядом с ней прогнулся.
— Как долго это будет длиться? — спросила она, положив голову ему на плечо. — Ведь ничто не вечно.
— Это зависит только от нас. Но думаю то, что внутри вряд ли уже когда-нибудь покинет нас.
— Никогда не покинет нас, — она улыбнулась, а затем ещё раз поцеловала парня. От старой Венеры не осталось и следа. Из несчастной, напуганной до смерти девчушки, что пряталась в своей комнате от своего пьяного отца, она превратилась в счастливую девушку, которой хочется кричать всему миру о том, что она теперь другая.
На город неожиданно упала летняя жара. Солнце ужасно пекло, ослепляло, но, тем не менее, всё было терпимо. Особенно, когда ночью воздух становился прохладней, небо — темнее, а чувства — накалёнными. Это было лучшее время года. Время, когда все приключения только начинались, наступило лето.
С каждым днем Венера всё больше забывала о своих сомнениях, она всё больше забывала о прошлом и всё больше ныряла с головой в настоящее, порой забывая о том, кто она и чем занимается. Казалось, Венера смогла избавиться от своих страхов, но не ото всех. Время от времени кошмары в последнее время всё чаще посещали её голову и пытались будто бы вернуть старую Венеру. Ей повторялся тот самый страшный сон, где отец убивал её мать, а затем шел с ножом на неё. Девушка просыпалась посередине ночи и плакала. Она была на пути забытья своего прошлого, но оно не хотело быть забытым.
В солнечный июньский день Венера не находила ничего особенного. Все дни были похожи между собой, и в этом было что-то и прекрасное и ужасное.
Утренняя смена в салоне почти заканчивалась. Последняя клиентка и на этом всё. Венера, тем не менее, не спешила, а делала свою работу аккуратно, за что ей и платили. У неё был не весьма сложный принцип, который заключался в том, что как работаешь — то и получаешь.
Когда Венера уже доделала свою роботу и с восхищением смотрела на отражение незнакомой ей женщины в зеркале напротив, то внезапно её внимание привлекла другая фигура, что стояла за её спиной. Её улыбка поникла.
— Здравствуйте, мисс Холлидей, — сказала женщина. Её строгий холодный голос, словно острое лезвие ножа, прислонился к шее девушки и давил. Ещё немного и прольётся первая кровь.
