Планида Сергея Капустина полностью

«…Стало больше команд, готовых подпортить настроение ведущим клубам. Но добиваются они цели не столько за счет собственной игры, своего почерка, сколько благодаря умению не дать сыграть сопернику. Это тоже своего рода умение. Но оно не красит хоккей. Цепляют на каждом шагу без зазрения совести и оглядки на судей. А что? Все равно ведь не удаляют.

Это от канадцев пошло.

А усердствуют в этом те, кто ничем другим взять не может. За счет «физики» и неукоснительного выполнения тренерских указаний часто добиваются своего. Отсюда действия «по желобку», отсюда шаблон и… неплохие турнирные показатели.

Но где комбинации?

Комбинация – украшение игры. Мне кажется, да и не только мне, сейчас и болеют на трибунах чуточку попрохладнее, меньше стало эмоций».

Все годы выступления за «народную команду» Сергей Капустин жил с тяжкой и незаживавшей раной. Трагедия с Сереженькой, с сынишкой, в котором Сергей Алексеевич души не чаял, не покидала его память, его сознание, его бытие. Разве что шестьдесят чистых минут хоккейного времени позволяли как-то переключиться. И, очень возможно, он выплескивал всю свою недюжинную энергию в ледовые единоборства, чтобы погрузиться в хоккей без малейшего остатка…

Виктор Шалимов:

«Серега на людях не показывал то, как больно ему из-за той трагедии…Борис Павлович иногда его лишний раз отпускал со сборов. Лишний – остальные оставались, а Серегу отпускали домой».

Сергей Шепелев:

«Именно Серегу отпускали. Персонально. И в команде никто не ворчал. Знали, как он переживал семейное несчастье… И авторитетом безоговорочным Капустин пользовался в «Спартаке».

Виктор Шалимов:

«Ну и знали мы – вот Серегу отпускают, и он едет на Востряковское кладбище. К сыночку своему…»

Сергей Котов:

«Мы с Серегой вместе выбирались в Востряково, когда совпадали наши графики в календаре игр. А когда оба закончили играть, легче было сговориться и туда поехать».

Дабы читатель мог оценить исключительность персонального режима, который Кулагин предоставлял Капустину, приведем только один факт.

После Олимпиады-84 выдающийся вратарь Владислав Третьяк попросил наставника ЦСКА и сборной Виктора Тихонова предоставить ему возможность иногда покидать сбор и наведываться домой, в семью. И встретил отказ: мол, тогда и другие звезды потребуют того же самого… Третьяк, у которого с бытовым режимом вообще не случались даже мелкие прегрешения, не получил персонального режима труда и отдыха и потому, по собственному признанию, вынужден был завершить карьеру. Хотя еще лет пять-шесть запросто отыграл бы, его в конце 80-х активно зазывали в НХЛ.

А Борис Кулагин предоставил персональный режим Сергею Капустину.

Очень похоже, такой прецедент оказался единственным за всю историю советского хоккея.

Лишний сезон отыграл Капустин в «Спартаке» по просьбе тогдашнего «главного» Бориса Майорова: помочь команде, которая уже сдавала свои позиции на всесоюзной арене.

В свое время Борис Александрович не сумел пригласить Капустина в «Спартак» из-за незаслуженного своего увольнения из клуба, а спустя полтора десятилетия лично попросил того задержаться в команде.

…Спартаковский воспитанник, один из лучших в стране диспетчеров 80-х – начала 90-х Игорь Болдин находился в «Спартаке», когда там верховодил Сергей Капустин. Впоследствии от Болдина люди слышали по каким-то конкретным поводам такой комментарий: «…А вот Сергей Алексеевич так бы не поступил!..»

Дорогого стоит.

Идеал.

Понятие завораживающее.

Понятие несбыточное.

Понятие какого-то абсолюта.