Словно неведомые гипнотические волны смыли тот ни с чем не сравнимый след капустинского величия, напрочь вычеркнув из памяти близких ему людей. Очевидной отгадки такого странного забвения, увы, мы так и не нашли…
Однако один из ведущих российских историографов хоккея Владимир Кузьмин из Санкт-Петербурга имеет на сей счет вполне конкретные соображения.
Владимир Кузьмин:
«Никто из советских людей – журналисты и функционеры, обыватели – не воспринял серьезно этот факт. Баловство, да и только. Буржуазная бездушная техника. Буржуазные ученые. Резвятся на пустом месте. Нет, чтобы доктора Хайдера накормить или Саманту Смит на чемпионат мира отправить. Максимум – могли похихикать: ну вот, какого-то Капустина глупая машина идеальным выбрала. И это при Третьяке, Макарове, Фетисове?! Если бы идеальным оказался кто-то из этих троих, вывод был бы жирным: даже буржуазная техника бессильна против наших звезд, не может их гегемонию опровергнуть. А выгоднее всего для пропагандистской машины был бы выбор какого-нибудь иностранца. Вот тут политиканы бы на все голоса заверещали: ложь, провокация, караул, грабят… А по данному факту и гордостью особо не преисполнишься, и империализм обличить не получается. Значит, лучше всего – не заметить вовсе».
Суждение хоккейного историографа Владимира Кузьмина заслуживает внимания. Очень интересно изложил. Даже точнее – разложил все по полочкам…
Так или иначе, а факт остается фактом: Капустина наука, совмещенная с практикой, определила идеалом. И мы имеем все основания написать:
Сергей Капустин – САМЫЙ-САМЫЙ-САМЫЙ!
Однако своим поведением вне льда и на ледовом овале Сергей Алексеевич делал все, чтобы избежать восторженных оценок окружающих и тем более совершенно особенного статуса, благодаря которому выделялся бы среди других звезд своего поколения. Поколения 70–80-х. Тех годов, которые стали самыми значимыми и увлекательными в истории мирового хоккея.
Для полноты раскрытия того, как соотносятся компьютерный и реальный образы Сергея Капустина, даем слово ему самому со страниц еженедельника «Футбол – Хоккей» (беседу с ним вел Леонид Рейзер. – Прим. авт.) почти сорокалетней давности.
Сергей Капустин – о попадании в Клуб Боброва:
«Уже попал (в Клуб Боброва, куда включаются игроки, преодолевшие рубеж в 250 заброшенных шайб. – Прим. авт.)? Здорово! Благодарю за добрую весть. Для любого форварда, какого бы амплуа он ни был, забрасывать шайбы – прямая обязанность. На то ж мы и форварды».
Сергей Капустин – о наиболее памятных заброшенных шайбах:
«Так если начать рассказывать, то вспомню два-три десятка голов. Все они понравились мне самому, по душе. Красивые. И, само собой разумеется, важные, ключевые, как говорят.
Расскажу о двух, пожалуй, и хватит.
В 71-м году я дебютировал в «Крылышках». И первый свой гол забросил в матче с ЦСКА. Был хороший розыгрыш, и я просто завершил комбинацию. Ничего особенного. Но, как все первое, такое запоминается более всего.
