Планида Сергея Капустина полностью

Долгая. Яркая. Стабильная. Прославляющая родину большую и малую, заставляющая прессу упоминать абсолютно безвестную для них стотысячную Ухту, спрятавшуюся где-то на северных широтах шестой части света.

Однозначно можно утверждать, что статус Сергею Капустину уготован звездный. Возможно и причисление его к лику суперзвезд.

Алексей Касатонов:

«Капустин в двадцать пять лет сразу вписался бы в НХЛ. Ужас вызывал бы у соперников и восторг – у болельщиков того клуба, которому повезло заполучить Серегу.

Звездой первой величины стал бы в Северной Америке!

Я уверен в этом на все сто.»

Ну при таком раскладе все практически и теоретически ясней ясного.

Сергей Капустин спустя два-три сезона признается одной из главных звезд хоккейной Северной Америки.

Сергей Капустин стабильно подтверждает свой класс, раскрывая постепенно свои безграничные таланты. На пике карьеры утверждается в статусе суперзвезды. И статус этот на долгие-долгие годы не подвергается чьим-либо сомнениям – хоккеистов, экспертов, прессы, болельщиков.

А годов этих заокеанских набирается у Сергея Алексеевича десятка полтора.

И он возвращается на родину…

Алексей Касатонов:

«Если бы Капустин лет в двадцать уехал в НХЛ, то стал бы звездой. Звездой первой величины! Суперзвездой! Выдержал бы Серега сравнение с кем угодно… Однозначно это.

Естественно, хочется сравнить Капустина с кем-то из звезд, суперзвезд НХЛ. Я пробую… Пытаюсь… Не очень-то получается…

Я думаю, как Яри Курри мог быть! Курри – выдающийся игрок.

Наш Валера Каменский! Тоже сумасшедшее катание, широкая такая обводка.

А вообще-то не берусь Серегу Капустина с кем-то сравнивать. Боюсь его с кем-то рядом ставить. Нет-нет, боюсь рядом с Капустиным кого-то ставить. Всегда очень сложно сравнивать звезд друг с другом.

А уж суперзвезд – это вообще бесполезное занятие…»

В 1982 году в карьере Сергея Капустина произошло знаменательное событие. Событие знаковое. Оно явилось знаком наивысшего хоккейного его качества.

Событие, которое не афишировалось в советской прессе.

Событие, которое если и стало известным Сергею, то воспринял он его весьма отстраненно; абстрактно воспринял.

НХЛ задрафтовала выдающегося форварда «Спартака» и сборной СССР Сергея Капустина. Конкретно право заключать с ним контракт получил один из самых популярных клубов Северной Америки «Нью-Йорк Рейнджерс».

Мини-сенсация – вот что это было. Потому что существовал «железный занавес», и представить советского мастера, выступающего в Национальной хоккейной лиге, не представлялось возможным. И все-таки менеджеры и скауты пожертвовали одним пиком драфта ради того, чтобы «заполучить» классного русского форварда. Так, на всякий случай… Повальная миграция наших хоккеистов стартовала в 89-м. Родись Сергей на семь лет позже, наверняка пошумел бы в Нью-Йорке, а также в Монреале, Торонто, Детройте…

Задрафтовали двадцатидевятилетнего Капустина. Тоже, между прочим, факт примечательный. В его паспорт, разумеется, там заглядывали в процессе принятия решения, однако без советско-спортивной зашоренности по поводу тридцатилетнего рубежа. Значит, сезонов на пять рассчитывали…

Где приглянулся Капустин клубным скаутам? Наверняка на Кубке Вызова-79 и на Кубке Канады-81. Уж больно хорошо там выступил. Явно выделялся. Выделялся при полном кворуме абсолютно всех сильнейших игроков мира. А чемпионаты мира и Олимпийские игры заморские скауты в те времена всерьез не воспринимали.

На что серьезное внимание обращали, так на size – размеры, габариты. Невысоких и худощавых практически не принимали в расчет, когда составляли свои рейтинги перед процедурой ежегодного драфта. Зато к Капустину даже они не могли придраться – росто-весовые параметры идеально подходили под запросы заокеанских клубов.

Их не могла не подкупать уникальность Сергея Капустина – многогранность, стопроцентный универсализм в сочетании с фирменной силовой, на широкой амплитуде обводкой!