– Смотри, Сергей, не перейдешь в ЦСКА – в сборной играть не будешь!

А мой муж спокойно ответил:

– Ну не буду в сборной, значит, не буду.

Муж это так спокойно произнес. Лишних слов не любил.

…Через несколько дней после того визита Тихонова мы, как и планировали, поехали с «Крыльями» на отдых в Болгарию. Муж все повторял в отпуске: «Танюль, ну как я буду своим ребятам в глаза смотреть, если соглашусь перейти в ЦСКА?!»

Вернулись из Болгарии. Муж к домашнему телефону перестал подходить. Так его подловили на улице в Сетуни и отвезли в военкомат. Это сделали в нарушение всех правил, ведь у мужа, как у игрока сборной, была официальная отсрочка от службы в армии.

И это было еще далеко не все.

Как будущий рядовой, он должен был пройти медкомиссию. В военкомате терапевт померил давление и обратился к тому офицеру, который командовал захватом хоккеиста Капустина и доставкой его в военкомат:

– У Капустина Сергея Алексеевича повышенное давление. Зашкаливает! С таким давлением в армию не призывают.

– Призывают. Еще как призывают, когда родина требует. Подписывай – иначе отправишься служить в дальние края. Подписывай под мою ответственность! – приказал тот самый офицер…

Сережа страдал гипертонией с молодости. Зато под физическими нагрузками давление приходило в норму. Этого в военкомате знать не могли. И признали его годным к армейской службе в нарушение закона.

Перед насильственным переходом в ЦСКА мы уже смотрели двухкомнатную квартиру от «Крыльев» в Кунцеве. А когда заварилась каша с ЦСКА, Сережа отказался от этого варианта: «Пусть ребятам отдадут мою квартиру».

При всей необычности этой истории, этого необычного дня в квартире четы Капустиных веришь каждому слову, каждой интонации Татьяны Николаевны.

Собственно, а какие вообще могут найтись поводы к тому, чтобы что-нибудь, высказанное вдовой Сергея Алексеевича, поставить под сомнение? Никаких. Преданная жена, мать его детей, радевшая за семью и переживавшая за его спортивные дела. Наконец, вдова, нарушившая обет молчания, длившийся два десятка лет.

Единственное – могла сказаться, да и то в незначительной степени, – огромная дистанция во времени, ведь вспоминать пришлось лето 77-го, вспоминать день, которому минуло почти сорок лет.

Этому не стоит придавать большого значения еще и потому, что женщина, преданная жена, исключительно памятлива именно благодаря женской природе, природе хранительницы очага. А тот летний день 77-го так или иначе вторгался в привычный уклад семьи Сергея и Татьяны Капустиных.

Какие впечатления остались у нас от версии Татьяны Николаевны?

Крайняя заинтересованность Тихонова в появлении Капустина в ЦСКА.

Колоссальная настойчивость, энергичность и предприимчивость Тихонова в тех переговорах.

Обескураженность Тихонова реакцией Капустина на заманчивое приглашение.

Крайне жесткая позиция Тихонова под занавес переговоров, когда окончательно убедился, что Капустин ни в какую не желает переходить к нему в ЦСКА.

А поведение Капустина чем-нибудь нас удивило?

Ну, с учетом узнанного до рассказа вдовы про него от земляков, близких, партнеров, тренеров многое из произошедшего в тот день 77-го не должно нас поражать.

Скорее мы были не удивлены чем-то, а получили подтверждения, отнюдь не лишние, особенностей его человеческой натуры, несомненных достоинств этой незаурядной личности.

Квартиру сулят? Так мне и в «Крыльях» новую обещают.

Денег больше обещают? Так мне и крыльевских хватает плюс за сборную надбавку получаю.

Перейти на страницу:

Похожие книги