– Можешь взять, себе на память!
Евгений инстинктивно, со всей силы, ударил по бритой маковке Миколы, и голова улетела метров за тридцать.
– Мы лучше с пацанами, будем ей в футбол гонять, – сказал он и повернулся к своему коллективу, но на этот раз никто его не поддержал, Все молчали и ощущалась напряжённость, ведь теперь они тоже Бубуины, и никто из них не знал, чего ожидать дальше.
– Для футбола у нас есть три кожаных мяча, а с этой, хорошая мумия или пепельница получится, – усмехнулся Шаман и перевёл взгляд на перепуганного товарища Миколы: – А тобой, мы отпразднуем.
– Ухи наварим, хочу, аж срать не хочется, – послышался голос Политиленыча.
– Можно и ухи.
– Только уши мои, – забасил Слон и направился в сторону «дичи».
Мирон уже видел, вдали, открытый шлюз «Голиафа», Звёздное небо под прозрачным евтоновым колпаком, мерцало тысячью звёзд и вдохновлённые зеки с открытыми ртами смотрели на бесконечную даль галактик, Но внезапный рёв сирены, смутной тревогой ударил по мозгам и заставил содрогнуться каждую клеточку, их бренной плоти.
– Что за хрень? – буркнул Баклан встревоженно оглядываясь по сторонам, – Если сейчас саптонку отключат, нам хана.
Саптоновая система гравитации и кислородной османтии, и так работала с перебоями – грузовой майдан сортировки, и отправки руды: давил спёртым воздухом и сильным шумом в ушах.
– Пока начальник у нас, не отключат. ещё и эта, – дыша как окунь на берегу, проговорил Твердохлебов.
– Мирон, брось это дело и может ещё останешься живой, Тебя ведь всё равно возьмут, – вдохновился Волков.
Твердохлебов толкнул начальника: дулом пистолета, в спину.
– Шагай-шагай! И тоже может останешься живой, – сказал он и повернувшись назад крикнул: – Быстрей шевелите «булками», а то сгниём здесь, – и оглянулся по сторонам.
К взлётной площадке, со стороны административного бокса, двигалось две группы вооружённых охранников, с кутуновыми масками: кислородной гидрации, на лицах, Но беглецы были уже в десяти метрах от «Голиафа».
– Точно отключат, – бормотал Валера и одно оглядывался.
На встречу Мирону, с шлюза корабля, показались пехотинцы.
– Я же тебе говорил, что это твой конец. Давай сдавайся! И я устрою как будто ты, – сказал Волков и тут же получил удар кулаком по печени, от Мирона, и пистолет с очень сильным давлением, упёрся ему в позвоночник.
И на удивление начальника, из глубины отсека, послышался голос Степана:
– Что ты это, братуха, задерживаешься?
И появился Стёпа Твердохлебов, с протонной винтовкой в руках.
– Станция конечная, Пошли на выход! Приехали! – сказал он и ударил одного из пехотинцев прикладом винтовки, Мирон, давай быстрей грузитесь, а то охрана сейчас откроет огонь, или кислород перекроют.
При входе в «Голиаф», Мирон заметил, что рядом с Степаном стоят два пехотинца с протонными винтовками, Он удивлённо окинул, врагов своего сообщества и кивнул в сторону братана, словно хотел спросить: что это за?..
– Не боись! Ребята проверенные, Или ты думаешь, что сам сможешь: «Голиафом» управлять?
– Я ничего не думаю, Давай быстрей отсюда убираться.
Шлюз с громким шипением воздуха закрылся и корабль плавно стал набирать высоту, Следом замерцали залпы винтовок, но «Голиаф» имел такую защиту, что обычная протонка не могла причинить ему, какого-либо вреда, Пройдя без проблем евтоновый колпак (коды доступа к его защитной системе были только у Волкова, поэтому заблокировать: опционально разрешённый «Голиаф», не представляло возможным) вырвался на открытые просторы вселенной.
– Вот она! Вот она, долгожданная!.. – радостно закричал Мирон, и через пару секунд добавил: – Я знал, что это когда-нибудь случится.
– По такому поводу, имеется, – заулыбался Баклан и достал бутылку вина, которую припрятал ещё в боксе начальника.
– Вот за это, Валера, хвалю! Молодец!
– С этими что делать? Может в шлюз спустим? – сказал Степан и кивнул в сторону Волкова с Вероникой.
– Пока не надо, это наша страховка: на всякий пожарный, Связать потуже и хорош, но начальника, и по ногам, бо сильно шустрый: чтобы, чего не учудил.
– Зачем связывать, Или ты забыл, где находишься, В карцер обоих! – приказным тоном бросил он, пехотинцам.
Те подхватили заложников под руки и увели в неизвестном направлении.
– Ты им доверяешь?
– Как родной матери, Да ты не переживай, люди они проверенные, по ним Элизиум уже давно плачет, И пару лишних протонок. тоже не помешает.
– На счёт этого ты прав, а то с этим допотопным оружием чувствуешь себя обезьяной, – сказал Мирон и глотнул вина прямо с горлышка, – На хлебани! – передал он бутылку Степану.
– Что это бутылка! Сейчас отпразднуем по-взрослому, У меня для такого случая припасено, но для начала, надо определиться куда летим.
– Ну куда? Куда? Где нет труда, – смеясь кинул Мирон, и всё ещё находился под сильным впечатлением.
– А если серьёзно? Мы ведь не можем просто лететь, Скоро здесь будут эсминцы Федерации и тогда.
