Почувствовав на щеке теплое прикосновение, Рэсэн открыл глаза. На него смотрела Миса.
– Извините, что разбудила.
– Ничего. Я хорошо поспал. Который час?
– Уже два часа. Мне пора уезжать.
– Ты уезжаешь?
– В Японию. Там живет наша дальняя родственница, совсем старушка, у нее гостиница у горячих источников.
Рэсэн встал. За окном Мито укладывала в машину багаж Мисы.
В комнату вошла косоглазая библиотекарша:
– Миса, пора, время ехать в аэропорт.
– Вы тоже приезжайте туда. Когда Мито и Сумин соберутся, обязательно приезжайте вместе с ними. Там очень хорошо, – умоляюще сказала Миса.
Рэсэн только кивнул, не найдя подходящих слов. Миса радостно улыбнулась. Косоглазая снова взглянула на часы. Миса попрощалась с Рэсэном и покатила свою коляску к выходу. Рэсэн вышел во двор следом. Для обычного путешествия вещей было слишком много. Мито обняла сестру и пересадила ее в машину, сложила коляску. Миса опустила стекло, взглянула на Рэсэна, на библиотекаршу.
– Сумин, ты должна обязательно привезти Рэсэна.
Косоглазая помахала ей. Помахал и Рэсэн. Мито, послав косоглазой выразительный взгляд, спросила Рэсэна:
– Будешь здесь?
– Да.
Мито села за руль, завела двигатель. Миса все махала и махала в окно рукой. Машина уехала, Рэсэн и косоглазая остались одни. Оба чувствовали себя неловко.
– Теперь, когда Мису отправили в безопасное место, вам с Мито осталось только умереть? – спросил Рэсэн.
На лице косоглазой не отразилось никаких чувств. Она продолжала смотреть на дорогу, по которой уехали сестры.
– Ничего у вас не получится. Мито умрет. Ты тоже умрешь.
Косоглазая повернулась к Рэсэну:
– Когда живешь как труп, лучше уж и вправду умереть. Достаточно мы пожили трупами.
Часы показывали пять утра. Рэсэн встал, оделся, умылся. В зеркале отражалось мужское лицо. На лице лежала тень. Рэсэн подумал, что тень – это страх. Он вытерся и вышел из ванной. Собрал свои вещи, сложил их на стол. Затем подошел к комнате Мито, успокоил дыхание, открыл дверь и вошел. Лицо Мито было усталым, сказывались бдения, связанные с подготовкой. Рэсэн прижал к этому усталому лицу полотенце, внутри которого была открытая банка с хлороформом. Мито открыла глаза и секунды три смотрела на Рэсэна. В ее взгляде не было ни страха, ни удивления, одно лишь разочарование. И потеряла сознание.
Рэсэн достал из-под кровати Мито две сумки. В одной – учетная книга Хана, в другой – пистолет, взрывные устройства и прочее, необходимое для встречи с Ханом. Быстро осмотрев содержимое, Рэсэн застегнул молнию, вернулся к себе, сунул в сумку с оружием вещи, лежавшие на столе. Глянув на дверь в комнату косоглазой, Рэсэн вышел из дома.
В Сеуле Рэсэн сразу же позвонил Хану.
– Деньги приготовил?
– Приготовил. Что думаешь делать?
– Уеду за границу. Другого пути нет.
– Поосторожнее. Ты откусил слишком большой кусок.
Голос у Хана был злой.
– Я перезвоню, жди. И не суетись попусту. Иначе, обещаю, тут же отправишься на тот свет.
Рэсэн вынул из мобильника батарейку.
Парк развлечений, куда он приехал на такси, назывался
– Прошу извинить. Плановая проверка, – сказал Рэсэн.
Женщина кивнула и вышла. Дверь лифта открывалась на каждом этаже, Рэсэн выходил наружу, бросал взгляд по сторонам, возвращался в кабину, поднимался на следующий этаж. Проведя в двух лифтах около часа, Рэсэн вернулся на площадь. Сел на скамейку в центре, закурил. Вокруг очумело носились голуби, отыскивая крошки. “У них есть крылья. Почему же они не улетают из этого невыносимого города?” – подумал Рэсэн.
Докурив, он направился в дорогой бутик европейской одежды и купил себе костюм и рубашку. Продавщица сложила одежду, в которой он пришел, в пакет и протянула ему.
– Выбросьте, – сказал он.
Рэсэн пересек площадь и вошел в обувной магазин, где купил ботинки. Старую обувь тоже выбросил. Купив белье и носки, Рэсэн вошел в лифт, поднялся на седьмой этаж торгового центра и неторопливо зашагал по прозрачному мосту, соединявшему торговый центр с отелем. Пройдя по мосту туда и обратно три раза, он поднялся в ресторан на последнем этаже отеля. К нему поспешил представительный официант, лет за пятьдесят. Уведомил, что нынче следует отведать стейк из корейской говядины сухой выдержки.
– Сухой выдержки? В первый раз слышу о таком, – улыбнулся Рэсэн.
Пока официант объяснял разницу между сухим и влажным вызреванием, Рэсэн внимательно рассматривал торговый центр напротив.
– Что будете заказывать? – спросил официант.
– Хорошо, это и закажу, – сказал Рэсэн.
