Два часа пролетели словно один миг. В зале Анна чувствовала себя легко и свободно, однако сегодня, растревоженная сном и не менее странным поведением обычно такого неприступного парня с их курса, девушка вдруг обратила внимание на других ребят из спортивной группы. Все они относились к Анне нейтрально, скорее дружески, словно она была свой парень или вовсе лишена каких-либо признаков пола. Девушек у них числилось всего две – Анна и темноволосая бойкая Кора. И к Коре отношение почему-то было другим. Кажется, ее даже больше щадили во время спаррингов, а вот сейчас долговязый Карл с готовностью подал ей бутылку воды. Очевидно, Кора являлась для них привлекательным сексуальным объектом. Анна – нет. Но почему? Что с ней не так?
Разглядывая себя в запотевшее зеркало в душевой, девушка не находила ответа на этот вопрос. Почему нормальные парни, как правило, ее не замечают? Нет, конечно, к ней пристают всякие типы, но обычно весьма мутные – неадекватные торчки или престарелые эротоманы, – впрочем, с ними проблему она решила, при попытке контакта отвечая коротким, но весьма болезненным тычком в живот. И все-таки что с ней не так? Вроде симпатичная, худенькая… Или дело в поведении? В том, что она слишком погрузилась в вымышленный мир книг, а в последнее время и вовсе замкнулась?.. Но разве все парни – идиоты, клюющие на вертлявых дурочек, жаждущих внимания? В книгах герои преодолевали сопротивление героини и даже под самой неброской внешностью могли заметить трепетное, готовое любить сердце, а в жизни, похоже, было совсем по-другому.
А с другой стороны, чье внимание ей хотелось бы снискать? Того же Карла? Можно подумать, он того стоит. Конечно, в клубе занимается несколько довольно симпатичных парней, но один из них, Анна знала это точно, гей, другой таскается за любыми юбками, а третий, похоже, не способен любить никого, кроме себя. И зачем ей такое счастье? Бегать за кем-то в поисках внимания, словно собачка, ожидающая подачки от хозяина, Анна не собиралась. Может, даже лучше, что эти ее не замечают?..
Но ведь Даниэль ее заметил, как заметил мистер Рочестер невзрачную гувернантку Джен? А вдруг он именно тот, кто ее оценит? Именно тот, кто ей по-настоящему нужен?
Анна вздохнула. Похоже, она зашла в своих фантазиях слишком далеко и осталась в раздевалке одна. Девушка натянула одежду, забрала в гардеробе еще не до конца высохшую куртку и вышла на улицу.
Уже стемнело, но Анне показалось, что за ней кто-то пристально наблюдает. Ощущение легкости, охватившее ее во время занятия, исчезло без следа, вновь уступив место тревожному ожиданию.
Она огляделась. Вроде никого подозрительного. Разве что байкер, стоящий у фонаря, – весь в черном, в глухом шлеме, на черном же мотоцикле. Но разве мало таких в городе? Полным-полно. Подозрительней, как в старом фильме «Люди в черном», скорее должна быть маленькая девочка в розовом платьице. Подумав об этом, Анна повеселела. Девочек в розовом поблизости не наблюдалось, выходит, никакой опасности нет. И вообще, похоже, она опять слишком дала волю собственному воображению.
Тем временем неприятное ощущение исчезло. Вероятнее всего, почудилось. Она села на велосипед и добралась до дома без всяких приключений.
– Я не буду это есть! – Анна резко отодвинула тарелку с до отвращения красивой едой. Аккуратные кусочки помидоров и цукини пожарены на решетке, можно не сомневаться, без капельки масла, стейк с полосочками от гриля истекает ароматным соком, а сбоку тарелки – веточки зелени. Как будто все это не нормальная еда, а картинка из интернета, созданная нейросетью по запросу «красивая еда» или «правильное питание».
– Почему? – Отец, скрестив руки на груди, застыл на пороге кухонной зоны.
– Она хочет меня отравить! – с вызовом ответила девушка.
Отец покачал головой и медленно опустился на стул.
– Я не знаю, что с тобой делать. Такое ощущение, что тебе пять лет, – в отчаянии сказал он. – Ты не понимаешь, как жестоко ранишь Оливию. Она все время пытается найти к тебе подход, но наталкивается только на яростное сопротивление и неблагодарность. Зачем ты это делаешь?
– Потому что она мачеха. – Анна вцепилась в край стола, не чувствуя, как онемели от напряжения пальцы.
– Она пытается до тебя достучаться, но ты ее не слушаешь. Я понимаю, что ты ревнуешь…
– Я?! – Она засмеялась. – Очень надо! Но и ты ошибаешься! Думаешь, она тебя любит? Да она никого не любит! Она с тобой потому, что ты нормально зарабатываешь, ну и вообще, надо же ей быть с кем-то в ее годы.
– Прекрати! – Отец вскочил и ударил рукой по столу. – Сейчас же замолчи! Ты избалованная и глупая девчонка!
Анна едва не задохнулась от этих слов, а в груди стало нестерпимо больно, словно там разожгли огонь.
– Она настроила тебя против меня! Она меня ненавидит! Она хочет меня выжить, да? – Слезы обильно стекали по щекам. – Вот поэтому ты предлагал переехать в кампус!
– Я уйду, а ты успокоишься и постараешься подумать. Сейчас мне не о чем с тобой разговаривать. – Отец пошел прочь, непривычно горбясь.
