Шествие возглавлял человек с факелом, одетый в яркие цветные лоскуты, за ним двигалась фигура в перьях с головы до ног. Она держала штандарт, украшенный гербом Щегольской Бригады – скрещенными мечом и банджо. Далее гуськом шли сотни причудливо одетых Ряженых, одни несли факелы, другие – знамена с гербами своих подразделений. По мере их приближения мы все отчетливее слышали бормотание:
– Ерд, Терра Матер, Ерд, Терра Матер…
Калеб мотнул головой.
– Первосортные болваны! – буркнул он.
– Вы что-нибудь видите? – шепотом спросил профессор Калеба.
– Ничего противозаконного. Если, конечно, они получили разрешение на проведение парада.
От шутки Калеба меня обуял истерический смех. Не то чтобы она была такой уж забавной, просто я не мог совладать с собой, а затем мой смех быстро сменился слезами.
– Я скучаю по Венделлу, – всхлипнул я. – Он мой лучший друг… и…
– Ш-ш-ш! – негодующе одернули меня Калеб и профессор.
– О-о, моя извиняйся, – сказал я с невесть откуда взявшимся азиатским акцентом.
– Ладно, спускайте меня, – распорядился Калеб.
Бойлерплейт осторожно поставил его на землю и обернулся ко мне. Мне показалось, что робот ухмылялся.
– Порядок, – сказал Калеб. – Пригнитесь и следуйте за мной.
Согнувшись, мы пробрались через колючие заросли тсуги, окружавшие водоем, и вышли к дальней стороне неприступного замка. Бойлерплейт двигался быстро и довольно ловко для такой махины. «Кампион действительно знает толк в роботах», – подумал я, когда мы притаились за огромным камнем, обдумывая наш следующий шаг.
Внезапно прямо над нашими головами объявилось чучело в капюшоне.
– Надо избавиться от него, – прошептал Калеб. – А потом забраться наверх.
– Смотрите, что я нашел, – сказал я, вытаскивая из озера что-то белое. Это был бюстгальтер с вышитыми на нем инициалами «Э.С.». Я подмигнул Бойлерплейту, и он сладострастно зажужжал. Калеб и Кампион с тревогой посмотрели на вещицу и переглянулись. «Интересно, не тот ли это, из коробки с уликами?» – подумал я, вытащил из кармана свой волшебный маркер и написал на лифчике: «Хватит нюхать меня, извращенец!»
«Ха! – мысленно развеселился я. – От этого у меня в будущем точно башню снесет!»
– Сначала я займусь Призраком Будущего Рождества, – решил Калеб. Он вскарабкался по твердому корпусу Бойлерплейта и перелез на скалу всего в трех метрах ниже стражника. Медленно и осторожно он подполз туда, где мог достать до нижних конечностей злодея. Затем, в своей коронной манере, вытащил дубинку и со всего маху двинул по лодыжкам призрака в клобуке, сбив его со скалы. Часовой рухнул в мрачные воды озера.
Всплеск был скромным и на удивление тихим; мгновенно орды ненасытных, не говоря уже, что тупых аллигаторов окружили это место и попытались сожрать механического призрака.
– Чисто! – шепнул Калеб и полез вверх по утесу.
После дождя камни стали мокрыми и скользкими, удержаться на них было непросто.
– Помню, я проделывал такое в старших классах, – шепотом сообщил я.
– Ш-ш-ш, тихо!
– Тогда я тоже был пьян.
Неожиданно я потерял равновесие и сорвался. Кувыркнувшись в воздухе несколько тысяч раз, я ощутил резкий болезненный рывок за шею и чуть не задохнулся. Оказалось, Бойлер-плейт поймал меня за воротник. Он втянул меня наверх, и я устроился у него на спине, держась за плечи и обхватив ногами железный торс, чтобы немного отдохнуть. Он хоть и механический, но все же друг.
Мы поднялись по южной стороне замка, затем один за другим перелезли через парапет и притаились за громадной колонной на галерее, нависавшей над обширным внутренним двором, стараясь не попасться на глаза монахам в балахонах, которые расхаживали по галерее взад-вперед.
Процессия Ряженых уже добралась до замка, и двор заполнили все известные человечеству разновидности клоунов: рыжие клоуны, белые клоуны, бродячие клоуны, скоморохи, шуты, комики из «Комеди Клаб», комики-буфф, адвокаты – все они были здесь.
Щегольская Бригада, самое грозное подразделение Ряженых, состояла из людей в ярких масках; за спиной у них развевались громадные крылья из перьев. Они пританцовывали, безукоризненно изображая знаменитый шаг Ряженых – важную и неестественную походку, под аккомпанемент Струнников, которые наигрывали «Я ищу клевер с четырьмя листочками».[70]
Человек-Пугало отплясывал, словно шаман, а переодетая в женщин Бригада Комиков изображала нелепый пародийный стриптиз. Вдоль наружных стен протянулся строй деревянных бочек, и пиво лилось рекой.
Причудливые костюмы, слепяще-яркие цвета и какофония оглушительно-веселых голосов наводили на мысль о безобидной вечеринке, устроенной группой разгоряченных спиртным делегатов съезда. На самом же деле это была только прелюдия к древнему языческому обряду плодородия, который веками практиковали вавилоняне, шумеры, египтяне и кельты, то есть селтики (ну да-да, те самые баскетболисты, из Бостона), а его неотвратимый ужасный финал требовал разбить не пиньяту[71] в форме осла, но принести в жертву человека. Точнее, двух.
– Полнолуние, – тихо сказал Кампион. – Символ могущества богини.
Калеб посмотрел вверх и ухмыльнулся.
