Когда он был уже почти на носу, ему преградил дорогу высокий мужик.
– Это частная территория, не подходите ближе, – буркнул здоровяк, уперев руки в бока и демонстрируя серебристый кольт модели М1191 в кобуре под мышкой. За этим громилой сидел еще один, даже повыше, и смотрел на Ральфа.
– Ой, извините, я видел, как кто-то что-то бросил на мою территорию.
– А где ваша территория?
– В океане, – пояснил Ральф. – Он занимает большую часть пятьсот десяти миллионов квадратных километров Земли. В мире семь миллиардов человек, и на каждого жителя планеты приходится в среднем семьдесят тысяч квадратных метров воды. Конечно, конкретно этот может быть и вашим. Вот скажите, если кто-то что-то бросит на вашу территорию, вы проигнорируете это?
– Слушай, забулдыга, мне наплевать на твою теорию. Это частная территория, вход воспрещен! – Здоровяк оттолкнул Ральфа, обернулся и посмотрел на своих коллег – мол, ребята, будем обсуждать этого пьяного психа за ужином.
Но Ральф не дал здоровяку такого шанса. Пока тот отвлекся, он чиркнул ему ножом по горлу и вытащил пистолет из кобуры. Громила рухнул на колени, схватившись за шею от боли, трахею заблокировали мышцы, сократившиеся от удара, он изо всех сил пытался сделать вдох и ничем не мог ответить на нападение. Горло будет болеть несколько часов, а осипнет он еще на полмесяца.
Другой телохранитель увидел, что его коллега внезапно опустился на колени, и понял, что дела плохи. Когда он потянулся за своим пистолетом, дуло кольта уже нацелили ему в лицо. Тело у него обмякло, затем голова резко заболела, и он вырубился на палубе.
Ральф оглушил телохранителя прикладом, разрядил магазин, снял затвор, и через секунду пистолет грудой деталей лежал на земле.
Блондин, который утратил весь свой грозный вид, спрятался за двух красавиц и дрожащим голосом сказал:
– Вы что… собираетесь делать?
– Я же сказал, не кидай за борт мусор.
– Простите…
– Этого мало… – сказал Ральф, улыбаясь.
– Тогда что еще вы хотите?
– Эй! Сюда! – Ральф позвал дельфинов, и, услышав зов, несколько из них с энтузиазмом подплыли ближе. Он велел блондину: – Прыгай!
– Что?
– Я сказал, прыгай!
– Вы… – Блондин глянул через борт, а затем на Ральфа: – Вы…
– Я не шучу, – сказал Ральф. – Только сними ботинки и ремень, а не то поранишь дельфинов.
– Вы…
– Не заставляй меня повторять.
Блондин понимал, что на этот раз ему не отвертеться, снял ботинки и брюки, оставшись в белье. Несколько дельфинов выжидающе смотрели на него из воды.
– Они спасут тебя, – сказал Ральф.
– Подождите меня, – сказал блондин и спрыгнул.
Первый телохранитель немного очухался, растолкал потерявшего сознание товарища, они со злостью посмотрели на Ральфа и вместе сиганули с яхты.
Длиннорылые дельфины давно обитают в этом районе, людей не боятся и часто играют с дайверами и туристами. Увидев, что три человека спрыгнули с лодки, несколько молодых выбились из стаи и с любопытством принялись кружить вокруг блондина и телохранителей. Более смелый боднул блондина головой.
– Уйди, гадина. – Тот раздраженно шлепнул по воде, но дельфины решили, что он с ними играет, и принялись атаковать человека с разных углов.
Пассажиры на борту злорадствовали, решив, что так этой троице и надо, и наперебой обсуждали произошедшее.
Ральф вернулся, и, увидев, что лицо Маши побледнело от испуга, улыбнулся, и сказал:
– Ничего, не бойся, это всего лишь хулиганы.
– Нет, этот парень – сын председателя совета директоров отеля, и весь остров фактически принадлежит ему. Того здоровяка зовут Фернандо, он раньше служил в спецназе, таких ребят не стоит трогать. Тебе лучше уехать отсюда, – сказала она дрожащим голосом.
– Все в порядке, я тоже не так прост. – Ральф погладил Машу по спине и поспешил ответить: – По крайней мере, пока мы на яхте, они нас не достанут.
– Что тебя так разозлило? – спросила Маша.
– Дельфины – умные животные, они мне нравятся, – сказал Ральф. – Не люблю, когда над ними издеваются.
Маша вздохнула:
– Значит, ты и меня ненавидишь?
Ральф выпрямился:
– Конечно нет, почему ты так говоришь?
– Я дрессирую дельфинов, – тихо сказала Маша, – моя работа – издеваться над ними.
Ральф неловко улыбнулся. Он ненавидел дельцов, которые держат дельфинов в неволе и заставляют их выступать на потеху публики. Маша – всего лишь дрессировщица, которая хочет получать зарплату, даже сравнивать нечего.
– Конечно нет, ты же любишь дельфинов, не так ли? – сказал Ральф.
– О! – прошептала Маша. – Я была бы счастлива выбраться отсюда.
– Что?
– Я сыта по горло… – Маша посмотрела на бескрайнее море. – Работаю дрессировщиком дельфинов уже девятый год, и зарплата неплохая. Я обучаю их всяким трюкам, работаю с детьми и всегда думала, если как можно больше людей увидят дельфинов и полюбят их, то научатся защищать и среду их обитания. В прошлом году Цири заболела, у нее развилась депрессия. Я даже не знала, что у дельфинов бывает депрессия. Содержание в неволе и запрет на плавание в море наносит им вред.
Маша заплакала. Ральф смахнул ее слезы.
Она застенчиво сказала:
– Извини, давай о чем-нибудь веселом.
