Максим сразу же метнулся к окну, к пулемёту.
Андрей пригнулся, повалил Нину на пол. Остальные принялись разбирать оружие.
Рядом грохнул первый взрыв.
Выбило стекло, осколки полетели внутрь. Кто-то жалобно закричал.
Меня сбросило с кровати на пол, я вскочил как оглашенный, а ведь так хорошо заснул!
Немцы?!
Как они нас нашли?!
Но это потом.
Сейчас нужно воевать!
Подняв автомат, я метнулся в соседнюю комнату. Андрей лежал на полу.
– Что там?
– Немцы, много! Обложили!
Я выругался.
Что же делать?!
На ум ничего не пришло. Я подполз к окну и стал стрелять в ответ, чтобы хоть как-то оттянуть время. Солдаты противника пошли в атаку, но Максим охладил их пыл. Двое остались лежать, остальные отступили за сарай.
В ответ немцы обрушили на дом просто ураганный шквал огня. Осколки стекла, кирпичная крошка, куски штукатурки… крики раненых.
Максим пытался ответить.
Он держал немцев, поэтому они попробовали зайти с другой стороны. В спальне послышался звон разбитого стекла. Я метнулся туда, но быстро отпрянул в сторону. Раздался взрыв.
Граната!
Я в ответ кинул свою.
Двое солдат, которые уже начали лезть в окно, попытались отступить, но не успели. Их вынесло вместе с остатками стекла и рамы.
Тут же по мне начали стрелять. Я бросил ещё одну гранату. Попал удачно. Автоматчик стих, послышался жуткий вой.
Но и мне прилетел подарочек.
Сначала дымовая, потом звуковая.
Я вовремя успел упасть на пол, зажал уши и открыл рот. Бахнуло знатно. И сразу же солдаты.
Одного я встретил ударом ноги, второму загнал нож под рёбра. На меня навалился третий. Он выбил оружие, ударил в голову, меня покачнуло.
Нет!
Так просто не возьмёшь!
Я собрался, поймал его в захват, резко крутанул. Послышался хруст, сдавленный вскрик. Тело фашиста обмякло.
Вроде кончились враги.
Я повернулся.
Самый первый, которого я ударил, неудачно стукнулся головой и лежал неподвижно.
Я на всякий случай проверил.
Мёртв!
Поделом…
Быстро собрал у них оружие.
Сейчас каждый патрон на счету!
И на всякий случай подобрался к окну, проверяя, можно ли уйти через задний двор. Но только высунулся, по мне открыли огонь.
Зараза!
Обложили знатно!
– Эй, в доме! Сдавайтесь! Обещаем жизнь! – раздался через громкоговоритель противный голос.
Конечно!
Я улыбнулся.
Как же, обещаете! Держи карман шире!
– У вас минута! Дальше мы пойдём на штурм! У нас приказ никого не щадить!
Я вбежал в комнату.
– Что у вас?!
Андрей повернулся ко мне:
– Один убит, Максим ранен.
Он посмотрел на Нину, которая сжимала в руках пистолет.
– Живой этим выродкам не дамся! – Она была полна решимости. Это хорошо! Плохо только, что едва на ногах держится.
– Погоди умирать! – Я подполз к окну. Быстро выглянул, оценивая обстановку.
Увиденное не понравилось. Обложили нас, как я уже сказал, со всех сторон. Я увидел пару броневиков, которые пока ещё не стреляли, с десятка два солдат, которые меняли позицию. За хлипким забором стоял грузовик. За ним ещё броневики.
Я прижался к стене.
Безвыходное положение!
Сейчас время кончится, и они снова пойдут на штурм, а удерживать дом мы долго не сможем.
Я закусил губу…
Василий выбирался из города долго, тяжело. Кругом патрули, даже в частном секторе всё кишит немцами. Он уже хотел повернуть обратно и найти другой маршрут, но внезапно всё изменилось.
Патрули как по команде стали сворачиваться, уходить, машин стало меньше.
Седой не знал, в чём дело, но понял, что это его шанс.
Он дождался, пока немцы отступят, уйдут, и стал осторожно идти, что называется, огородами.
– Эй! – Василий едва не вздрогнул от окрика. Рука метнулась к оружию.
Он повернулся на голос.
Из-за забора на него смотрело простое мужское лицо человека, который всю жизнь только и делал, что работал.
– Чего орёшь?! – Василий сплюнул от досады. Ещё не хватало по такой мелочи немцев привлечь.
– А ты чего здесь лазаешь? Воровать, что ли, удумал?
– Нет. Мимо иду. В гости.
– А-а-а! – протянул хозяин. – А к кому?
– Тебе-то что?
– Мне ничего. Только сейчас опасно. Кругом патрули. Шум!
– Да знаю я.
– А о патруле немецком на дороге тоже знаешь?
– Нет…
– То-то! – веско проговорил мужик, улыбаясь. – Ты не бойся, я не сдам! Иди, через мой огород выйдешь, там дальше лесополоса начинается. Немцев нет. – Он распахнул калитку.
На засаду это было непохоже, слишком спонтанно, поэтому Седой решил рискнуть.
Он вошёл внутрь.
Хозяин, мелкий мужичок лет сорока пяти, худощавый, в поношенной рубахе и таких же видавших виды штанах, махнул рукой.
– Пошли!
Вместе они миновали участок, и Василий вышел с другой стороны. Отсюда действительно не видно было дороги, зато метрах в ста начинался уже мелкий лесок.
– Спасибо. – Он хлопнул хозяина по плечу.
– Да не за что! – пожал тот плечами.
Седой перемахнул через невысокий забор и вскоре скрылся из виду в густой траве.
Через полчаса блужданий вышел к дороге. Уже смеркалось. Машин не было, поэтому пришлось идти пешком. Благо до нужного поворота было недалеко.
Там он всё-таки смог поймать машину, которая хоть и довезла его до нужного указателя, но дальше водитель ехать наотрез отказался. Сказал, что, мол, технику немецкую видел, много. Дальше опасно. Могут убить.
