В день смерти отца исполнился месяц, как Валерия жила со своим избранником, который – она свято в это верила – в ближайшей перспективе должен был стать ее законным супругом. Проживали они на съёмной однокомнатной квартире в городе Бишкек Кыргызской Республики.
На самом деле Валерия была предана Тилеку до смерти, но расстояние, разделявшее их, было непреодолимым препятствием для ее чувств. А ее неуменье управлять раскрывшимися, словно цветок, женскими инстинктами, неуменье распознать мнимых ценителей стало ее злым роком. Ее красота, как и любая другая неземная красота, была проклята. Она притягивала жадных стервятников, желанием которых являлось лишь оторвать лепесток от цветущего дива, но не взрастить, не поливать, не удобрять, не ухаживать и не любоваться.
Валерия, как это обычно бывает с молодежью, живущей по всевозможным правилам, ограничивающим свободу, ощутила в себе жажду большего. Ей казалось, что, оставшись в селе, в скудных условиях существования, со своей семьей, придерживающейся строгой морали, среди передовиков труда – людей, не имеющих право на ошибку, она обречена на заурядную жизнь. А она хотела романтики, хотела быть принцессой на балах, каждый день в новых одеяниях, в сиянии свиты, восторженных подруг и поклонников. Хотела восхищенных ее красотою взглядов, хотела покорять сердца и высочайшие людские вершины мира. Валерия желала сверкнуть в небе яркою звездою и осветить весь род человеческий своим ослепительным светом.
Но детским мечтам не суждено было сбыться. Валерия захлебнулась в своих грезах и неукротимом желании изведать доселе неизведанное. Она соблазнилась прекрасным будущим, которое искусно, в ярких красках описал ей жадный ворон – Ифрис, ее мнимый будущий супруг, в чьи руки она, не задумываясь, отдала судьбу всего рода Богдановых. Ее вера в воображаемое достигала такой степени, когда люди сами уже жаждут быть обманутыми.
Ифрис, молодой человек двадцати семи лет, приехавший в село Карл Маркс и случайно познакомившийся с Валерией, охотно рассказывал ей именно то, что она хотела услышать.
Ифрис был хорошо слажен, у него были длинные курчавые черные волосы, за которыми он особенно ухаживал и которые производили на молоденьких девушек неотразимый эффект. Этот юноша был баловнем судьбы. На его овальном лице с вытянутым и всегда гладко выбритым подбородком, со сглаженными скулами, с хитрыми бегающими глазками и небольшим, правильной формы, носом можно было разглядеть печать порока. Именно того порока, который настолько глубоко въедается в человека, что становится неотъемлемой частью его существа и проявляется даже в запахе, движениях, манере поведения.
Его родители были невероятно богаты, зарабатывая на жизнь нечестным путем. Они закрывали глаза на мелкие пакости своего чада. Каждый родитель в силу своего развития сам определяет, что подразумевать под «мелкими пакостями» и самостоятельно устанавливает для своего дитя порог, переступив который, оно нарушает внутренние нормы дома. А дом, в котором жил Ифрис, прощал ему употребление наркотиков, воспринимая его страсть как «мелкую пакость».
К слову, отец Ифриса занимался торговлей наркотиками в особо крупных масштабах, но сам никогда эту гадость не употреблял. Когда он узнал о том, что его сын начал принимать наркотики, то взял было его на контроль и даже был полон решимости отучить от вредной привычки. Но дело закончилось лишь запирательством. Отец, уходя травить народ, попросту запирал Ифриса в отдельной комнате на втором этаже дома. Будучи отрезанным от мира, Ифрис стонал от жутких ломок, вызванных привычкой организма к ядовитому веществу. Мать, находившаяся здесь же, в доме, спасаясь от нечеловеческих криков, выбегала во двор, но и там ее настигали вопли, рвущие душу: «Мама, помоги!», «Мама, умоляю!!!»
Бедная мать, не ведая о последствиях своей слабости, желала лишь одного: облегчить муки сына, чтобы ее бедное дитя перестало стонать от боли. И каждый день, поддаваясь материнским инстинктам, обливаясь слезами, бежала с лопатой в гараж, где под крики сына раскапывала и вновь потом закапывала полметра земли, а под ней в деревянном гробу хранился кокаин, предназначенный для оптовой продажи. Посылочка из гроба, которая впоследствии полностью подавит волю Ифриса. Изо дня в день плачущая мать копалась в грязи под сыновьи завывания: «Скорее, мама! Прошу тебя! О! Спаси, прошу тебя скорей!..» Так, не сетуя на судьбу, в бесконечных переживаниях и молитвах за свое чадо, изо дня в день, ни в чем не повинная женщина теряла свое здоровье. Временами мать, судорожно роя землю, впопыхах кричала сыну в ответ: «Бегу, мальчик мой! Бегу, мой родненький!.. Подожди, мой сыночек, мамочка уже идет…»
