Ветер дул в лицо, распрямляя плащ, в то время как лучи солнца обжигали спину. Кайлан избавился от назойливых мыслей и покрепче схватился за коня, сбавив темп. Дорога ответвлялась. Направо от основного тракта, по которому путешествие было одним удовольствием, пролегла небольшая дорожка. На развилке стоял дорожный указатель. Кайлан даже не стал читать его, он знал эту дорогу наизусть и добрался бы по ней с закрытыми глазами.
Загнанная и тяжело дышащая лошадь промчалась сквозь деревянный указатель. Стрелка прямо указывала на Ромендаль. А на другой, указывающей направо, нацарапали: 'Артленское аббатство'. Надпись тут же закрыло облако пыли, которое подняла кобыла Кайлана. Вороная тяжело задышала, поэтому паладин перешел на рысь, дав возможность отдохнуть своему скакуну.
Солнце, побывав в зените, стало опускаться назад к краю горизонта. Отдых пошел на пользу, потому что при иных обстоятельствах такое расстояние лошадь просто не преодолела бы. Затем Кайлан вспомнил сегодняшнюю ночь и его сердце запылало. Он не вернется... Слишком многое он пережил, чтобы просто исчезнуть и свалить свою обязанность на наставника. Здесь нужно поработать. Мечом или словом, пока неясно.
Дорога медленно поднималась вверх. Безмерная вспаханная степь резко сменилась растительностью. Невысокие деревья и густые кустарники стеной укутали извивающуюся змею-дорогу, которая вела к решению проблем Кайлана. Это его последний шанс. Ему некуда идти, ведь везде в пределах Селлатора он являлся беглым преступником. Иные бы отправились на Север или в Аэдор, отдалившись от проблемы. Но он не был одним из таких людей. Его сердце жаждало справедливости. И он найдет ее... Или сгниет в земле.
Остановив лошадь, Кайлан спешился. Допив воду в фляге и доев остатки пожитков, которые предоставила ему Хелен, он задумался. Недавние воспоминания заставили его тяжело вздохнуть. Затем он посмотрел в глаза своей верной кобылки.
- Ты служила мне верно. Благодарю тебя! Теперь отправляйся, куда пожелаешь. Весь мир перед тобой. Найди себе нового хозяина и служи ему, как служила мне. Вперед! - подогнав лошадь, сказал паладин.
Держа поклажу в руках, он смотрел, как вороная кобыла скачет по тому же пути, которым он дошел сюда. Было слишком опасно скакать на лошади, так как таким образом арбалетчикам не составляло сложности убить его, сидя в засаде. То, что здесь могли быть палачи, сомнений не было. Он знал их методы борьбы, что лишь давало ему преимущество. Конечно, предупредить заранее ромендальский отдел было посильной задачей, но устроить засаду за такое короткое время вряд ли они смогли бы. Но все-таки Кайлан решил не рисковать.
Невольно проверив наличие меча в ножнах, он скрылся под покровом листьев. Двигался он бесшумно и быстро, словно дикий зверь, выискивающий добычу. Только следы от ботинок могли выдать его присутствие. Даже птицы не летели прочь от неведомого гостя, а лишь на время замолкали, словно с интересом наблюдая за этим неведомым человеком.
После длительного перехода, Кайлан присел отдохнуть. Солнце уже пряталось за зеленой полосой деревьев. Разбив лагерь на холму, он не стал разжигать костер и выдавать свое присутствие. Раскинув спальный мешок, он уснул на влажной после дождя земле. Это был последний раз, когда он использовал этот спальный мешок. Следующий день должен стать решающим, ведь аббатство было рядом.
***
Спина неприятно ныла после длительного сна на голой земле в спальном мешке. Всю тяжелую ношу пришлось покинуть, чтобы идти налегке. Солнечные лучи касались верхушек деревьев, а те, в свою очередь, отбрасывали густые тени на землю. Ботинки Кайлана оставляли отчетливые следы на мокрой земле.
Он двигался все так же бесшумно, постоянно оборачиваясь на каждый шорох или звук пения птиц. За такое длительное время путешествий Кайлан стал лучше ориентироваться в лесу и приобрел необходимые навыки выживания и скрытности. Теперь он был лесом, он был в каждой его тени, в каждом порыве ветра и шорохе листьев. Конечно, ему далеко до легендарных эльфов, но теперь он чувствовал себя более уверенно, ровным счетом, как и в тяжелых доспехах на поле брани.
Наставник Синмир... Один из епископов, аббат Артленского аббатства и глава Алого Ордена, а с этим учитель и друг. Именно он с самого детства наставлял Кайлана и всячески помогал ему, ведь до становления в сан послушников Кайлан провел детство в этом месте. Эти годы были самыми яркими в его жизни, наполненные беззаботными воспоминаниями и мелкими проблемами, которые на тот момент казались непосильной ношей.
