Собрав волю в кулак, он продолжил. По телу пробежала дрожь от судороги в стопе. Сквозь ботинки начинала струиться темно-алая кровь. Зарычав, Кайлан продолжал бить крышку гроба в одном и том же месте. Боль пыталась затупить разум, но сила воли вопила, требуя борьбы до победного конца или до разгромного поражения.
Послышался треск дерева. Еще удар... Первые щепки отлетели на пол подземелья церкви Распутья. Удар за ударом рушил дерево. Звериный рык, издаваемый бывшим командором, перешел на крик. Вложив всю свою мощь в оставшийся последний удар, он поднял ноги и ударил со всех оставшихся у него сил.
Крышка гроба вылетела и покатилась по полу. Кайлан тяжело задышал. Его грудь вздымалась колесом, а сердце панически билось, разгоняя разгоряченную кровь по телу. Вылезая из гроба, Кайлан перекатился через деревянную перегородку и упал наземь, больно ударившись коленом, цепи зазвенели.
Осмотрев место, он понял, что находится в подземелье. В разных углах комнаты виднелась хитросплетенная паутина, веяло сыростью и холодом, а тусклый лунный свет продирался сквозь небольшое окошко вверху.
Цепи были закручены спиралью вокруг тела Кайлана. На ногах было видно тяжелый старый замок, который покрылся ржавчиной, а на кисти давили железные браслеты. Паладин привстал и начал прокручивать запутавшиеся оковы. Просунув плечо, а затем и голову, он распутал один из витков на туловище. Затем неестественно выкрутившись, он освободил часть ноги. Извиваясь, словно змея, он освобождался от цепей все больше и больше, выгибаясь, дергаясь и перекручиваясь.
Хватка оков ослаблялась, а теле оставались следы от звеньев, которые больно впивались в кожу. Спустя пять, а может и десять минут, на настил упал ржавый металл. Кайлан тяжело дышал от усталости, голода и гнева, который накопился в нем. Оставалось только снять с рук браслеты, которые давили тяжелым грузом на кисти.
Из-за двери послышались чьи-то осторожные шаги, которые оказались еле слышны для слуха. Положив крышку гроба назад и намотав цепи на руки, Кайлан прижался к стене. Послышался скрип отворяемой двери. В темноте комнаты паладин увидел еле заметный силуэт человека, который был ниже и меньше, чем бывший командор.
Неведомый зажег свечу, чтобы осветить комнату. Свет озарил лицо неизвестного. Это был юноша лет четырнадцати. На его лице застыл испуг, а руки дрожали от страха.
- Кто здесь? - выкрикнул он.
Кайлан одним шагом подошел сзади и локтем ударил тому в затылок. Удар был несильный, но и этого хватило, чтобы повалить без сознания молодого парня. Обыскав его и ничего не найдя, паладин медленно стал брести по коридорам, чтобы выбраться из подземелья.
Все это до боли напоминало ему эльфийскую тюрьму... Вот только здесь не было его людей, здесь не было никого... Толфдер, Галдир, Гартер. Все погибли зря. И только сейчас до Кайлана доходило понимание этого, что смерть их была напрасной от начала и до этого момента.
"Ничего... Я доберусь до Ромендаля, и наставник Синмир мне поможет. Может, Марцелл и прав в том, что меня хотят устранить. Но я доведу дело до конца. Толфдер и остальное не должны погибнуть зря".
После нескольких минут блужданий по темным и сырым коридорам, стены которых были покрыты вязкой паутиной, он выбрался через боковой вход под церковью. Тонкий серп луны слабо освещал низкую траву, шелест которой развевал тишину вокруг одинокого каменного строения.
Удивляло отсутствие охраны. Обычно церкви Пелора защищают многочисленные отряды палачей, которые бдительно и ревностно охраняют территорию, принадлежащую Инквизиции. Но их не было... Затем взгляд бывшего командора перевелся на небо.
"Луна съела себя сама. Наступил новый месяц", - подумал Кайлан.
На улице было свежо, и в то же время не очень холодно. Голод и жажда очередной раз дали о себе знать, но первым делом Кайлан решил, что лучше освободиться от цепей. Поэтому он делал размеренные маленькие шаги, чтобы звона почти не было слышно...
Обогнув церковь, он решил найти какую-нибудь пристройку, вроде амбара или конюшен. То, что это была церковь Пелора, Кайлан сомнений не имел. За свою жизнь он повидал тысячи таких зданий, молча уже о том, что часто приходилось жить в них.
Во внутреннем дворе владений Церкви паладин приметил небольшой деревянный домик, который был завален различными мешками, дровами и хламом. К постройке вела одинокая извивающаяся тропа, которую аккуратно выложили брусчаткой.
Пригнувшись, Кайлан быстро брел по дорожке, чтобы оставаться скрытым в ночи. Дойдя до двери, он отворил ее. В комнатушке была кромешная тьма.
Как только Кайлан подумал об освещении, его рука нащупала небольшой масляной фонарь, а справа лежали кремень и кресало. Подпалив фитиль, он опустил его на дно стеклянной емкости. Издался хмурый свет, который показал множество различных продуктов: вяленое мясо, хлеб, масло, яблоки и груши, картошку и множество других продуктов.
Забыв об осторожности, Кайлан стал жадно впихивать в себя еду. Наскоро пережевывая продукты, он ощущал приятный вкус и запах, который заставлял его желудок ворчать от удовлетворения.
