Что может быть хуже той пустоты, остающейся после того, как ты кончил себе в кулак?
Остался лежать, всасывая в лёгкие раскалённый воздух. Снова рыча на выдохах, на этот раз — от разочарования. И… да.
Хуже нет ничего.
Разве что спуститься утром на завтрак, заметить её взгляд, направленный на Миллера.
И теперь стоять в комнате Блейза, уставившись стеклянным взглядом в отражение и пропуская переговоры слизеринцев мимо ушей.
И это просто пиздец.
— Мальчики, вы там скоро?
Даф.
Раз — и выдернула из глубоких лабиринтов, наполненных густым илом и затруднённым дыханием подсознания.
— Да, мы уже идём! — Теодор вставал с края кровати несмело — ему наконец-то удалось прикрепить к себе злополучный рог. — Ну, как я?
Он слегка развёл руки в стороны, будто демонстрируя себя во всей красе.
— Неплохо, — Забини придирчиво осмотрел тёмный пух шерсти на плечах. — А теперь представь, если Помфри не сможет убрать это.
На полный ужаса взгляд Теодора Блейз только ухмыльнулся, открывая дверь и встречая Дафну мягким объятием.
Судя по всему, слизеринка решила в этом году воплотить в себе призрака — кожа её была бледной, под глазами темнели круги, а одежда была свободной и светлой. Это не отняло у неё очарования, поэтому даже в таком костюме Гринграсс была привлекательной.
— Идёмте, скоро начало, — произнесла она после осторожного поцелуя в губы Забини. Видимо, боялась подавиться его клыками.
Затем обратила внимание на Теодора.
— Ого, Нотт. Я впечатлена. Ты шикарен сегодня.
И Малфой мог бы поклясться, что сатир покраснел до кончиков своих ослиных ушей.
— Он прекрасен всегда, Даф, — не преминул подколоть и тут же поймал на себе улыбающийся взгляд однокурсницы.
— Не нарывайся на комплименты, Драко. Тебя, как обычно, переплюнуть очень трудно. Ты так… романтично растерзан сегодня.
— О, хватит обмениваться любезностями, ради Салазара, — Забини закатил глаза — почти синхронно с Малфоем — и обхватил Гринграсс за плечи. — Идём. Нас ждут.
И действительно.
Большой зал уже был полон народу. Парящим над столами свечам пришли на замену скалящиеся тыквы. Это всегда возвращало на несколько лет назад. В то время, когда первый бал Хеллоуина действительно впечатлил, это всё было в новинку.
С годами ничего не менялось — те же белоснежные скатерти, те же накрытые столы, но сдвинутые к стенам. Теперь посреди зала на возвышении располагался оркестр, а чуть ниже — танцевальная площадка. Круглые столики стояли небольшими стайками штук по пять-шесть то тут, то там.
Но студенты не спешили усаживаться. Они шныряли между ними, цепляя стулья ногами, хвастаясь, распуская друг перед другом хвосты. Преподавательский же стол уже занимали профессора, переговаривающиеся между собой.
От костюмов, пестрящих своим разнообразием, буквально разбегались глаза. Малфой осматривал каждого, кто попадался на пути. Некоторые были так загримированы, что узнать их становилось практически невозможно. Долгопупс, обвешанный какими-то корнями и ветками, извивающимися вокруг его тела; Лавгуд, выглядящая сегодня ещё более странно, чем обычно — похоже, она напялила на голову чей-то дырявый череп с рогами.
Мимо проскользнул Уизли — лицо его было разукрашено фурункулами.
— Эй, — Драко не смог промолчать, и когда рыжий обернулся через плечо, слизиринец насмешливо фыркнул: — Выглядишь лучше, чем обычно.
— Отвали, Малфой.
Уизли озабочен. Хмурит лоб.
— Ничего нового я от тебя не услышал, — скривился.
Покачал головой и направился за удаляющейся в глубину зала спиной Блейза.
Пэнси, Винсент и Грегори уже стояли около одного из столов с напитками, отведённых под Слизерин.
Паркинсон выглядела… неплохо. Изумрудное платье, заканчивающееся примерно на ладонь выше от середины бедра, легкий ореол, отдалённо напоминающий нимб, повис над головой и послушно следовал за каждым движением девушки. Завидев Драко, она улыбнулась и подбежала к нему на своих высоких каблуках, встречая на полдороги.
— Ты прекрасен сегодня, — шепнула в самое ухо, обхватывая Драко за шею.
Кажется, положено говорить комплименты дамам, а не наоборот.
Но он промолчал. Обнял её в ответ на полнейшем автомате.
Просто потому, что так было нужно. Ему самому — в первую очередь.
Взгляд же блуждал по толпе. Искал.
Ни одного светлого платья, похожего на то… Паркинсон отстранилась, взяла его за руку, воодушевлённая, и потащила было к остальным, когда чья-то ладонь припечаталась к плечу Малфоя, останавливая.
Слизеринец развернулся, упираясь взглядом в Поттера, который стоял прямо перед ним и сверлил взглядом сквозь очки. Лицо, как и у Драко, было покрыто искусственными шрамами.
— Ещё раз прикоснёшься ко мне, Поттер, и, уверяю тебя, найдёшь эту руку в каком-нибудь очень непотребном месте.
Взгляд гриффиндорца стал острее. Холоднее в миллион раз, но… он промолчал. Это напрягло.
— Что-то забыл? — тут же взвилась Пэнси, выступая вперёд, но Малфой дёрнул её за запястье, возвращая на место и игнорируя возмущённый писк.
А потом этот вопрос. И всё существо подобралось.
—
