– Матвей, Матвей, остановись! Я тебя еще раз прошу, будь сдержанней, – вице-губернатор поспешил вмешался в разгорающийся конфликт. – Никто тебя не обвиняет, мы совещаемся, обсуждаем. Кто-от выдвигает теорию, другие ее стараются опровергнуть, это нормально. У меня вот другой вопрос, поделись соображениями. Ты же парень наблюдательный, скажи, по-твоему, те американцы, что на плато Янгеля свою установку разворачивают, имеют отношение ко всем этим событиям?
Мальков едва сдержался, от того, чтобы выругаться. Вопрос, что ни в бровь, а в глаз! И не задай его Рыбин, а кто-то другой, Матвей бы ни за что не ответил.
– Я думаю, да. – Выпалил он. – Не спрашивайте, с чего я взял, у меня только ощущения, фактов нет, потому сказать ничего не могу. Да и как может быть иначе, если до их появления ничего такого не было?
– Не факт, люди исчезали и до их приезда. – Покачал головой Валентин Владимирович. – Это не афишировали…
– Матвей прав, – Порывайко перебил вице-губернатора. – До появления МОАЗ на плато, никаких мумий не было. В первый раз и мумии и монстры появились только сейчас, то есть после появления на плато американцев. Это факт Виктор, согласись! Так, хорошо, поехали дальше. Матвей, еще есть чем поделиться?
– Нет. Это все, – Кивнул Мальков и тут же скривился, голова на резкое движение отреагировала так, что в глазах потемнело.
– Это точно? – С подозрением спросил Виктор Емельянович.
– Точно. Я могу идти?
– Нет! Есть еще кое-что. Я все ждал, когда же ты скажешь об этом, но раз молчишь… Подполковник Сенцов доложил, что среди вещей, бывших при тебе при задержании в полиции, и выданных тебе же после освобождения он видел флэшку. – Полковник повернулся к вице-губернатору. – Представляешь, этот идиот буквально понял указание, что Мальков наш человек и даже не проверил, что на ней.
– Что за флэшка, Матвей? – Рыбин настороженно посмотрел на Малькова.
– Валентин Владимирович, вы же сами меня посылали за ней! Там на плато! – арбалетовец мысленно возблагодарил себя за ту ложь, которую преподнес вчера Рыбину. – Помните когда вы решили включить «фестиваль», нам ключ на флэшке понадобился и вы сказали, чтобы я ее в «вирусе» взял. Я тогда сбегал, принес, но в это время потеряшки напали и включить не получилось.
– Да-да, точно, было такое, – лицо Валентина Владимировича разгладилось. – Вот что ты Виктор вечно всех подозреваешь? Действительно парень… Там как это, защита стоит, без ключа на этой флэшке станция не работает.
Порывайко исподлобья посмотрел на Малькова.
– Где флэшка, я хочу, чтобы мои ребята посмотрели, что на ней.
– Это имущество МОАЗ…
– Тем более! – Полковник, требуя флэшку, протянул раскрытую ладонь.
– Вы недослушали. – Сохраняя невозмутимость, Мальков криво ухмыляясь посмотрел на ладонь Порывайко, затем встретился с ним глазами. – Я повторяю, флэшка является собственностью МОАЗ…
– Плевать…
Мальков демонстративно развернулся к вице-губернатору.
– Валентин Владимирович, объясните своему… товарищу, что я час назад вернул собственность владельцу. Флэшка у Шона.
– Что?! – Зарычал полковник. – Что ты сделал?
– Я не удивлюсь, если окажется, что ваши сотрудники следили за мной, но если даже нет, то можете послать кого-нибудь из них ресторан «Лазурный дракон». Там вам подтвердят, что я обедал вместе с американским подданным, сотрудником МОАЗ Шоном Кейси. Шон, выслушав мой рассказ – как я и обещал вам, Валентин Владимирович, информация была усеченная. Шокированный гибелью коллег, Кейси решил самостоятельно убедиться в это и немедленно поехать на плато…
– Его туда не пустят! – Довольно рыкнул Виктор Емельянович. – Да что там смотреть, все сгорело.
– Тем не менее, Шон потребовал отдать ему ключ и мне пришлось это сделать. Если у вас такая необходимость в ключе, сделайте запрос в МОАЗ, может они дадут вам возможность ознакомиться со своими кодами!
– Ах ты… ты… Я не верю! – Порывайко сжал кулаки. – Она у тебя!
– Виктор! – Возмущенно закричал Рыбин. – Прекрати! Как ты можешь…
– Так, мне это надоело! – Мальков демонстративно подошел к кровати вице-губернатора и вывернул карманы. Заодно подумал, как хорошо, что моазовский металлический бокс остался в гостинице на столе в его комнате.
– Матвей, Матвей, прекрати…
Но арбалетовца было не остановить, на кураже он вытряхнул все – на легкое покрывало посыпались купюры, что несколькими часами ему дал Валентин Владимирович, носовой платок, расческа, купленная в ларьке у входа в клинику упаковка жевательной резинки. Последним из нагрудного кармана рубашки Матвей достал паспорт.
– Обувь снимать? – Язвительно спросил он у Порывайко. – Если нет, то здесь все.
В подтверждении своих слов, Мальков демонстративно вывернув передние карманы джинсов, повернулся показывая, что в задних у него пусто.
– Матвей! Виктор! Вы что… Вы зачем… вот зачем вы все это устроили?
– До свидания, Валентин Владимирович, я пошел. – Матвей схватил паспорт и, засовывая его в карман, направился к двери. – Извините за эту сцену, не я ее начал.
– Матвей стой! Стой я сказал! – Полетело арбалетовцу вслед. – Не смей уходить! Виктор, верни его!
