Горничная убежала, вместо нее через пару минут вбежали два парня в ливреях швейцаров. Глаза у них забегав по номеру, уже подсчитывали какую сумму они предъявят дебоширу, но тут к ним присоединился полный лысеющий мужчина лет пятидесяти в светлой рубашке с короткими рукавами, светлых брюках и в белых, парусиновых туфлях-мокасинах.
– Что здесь происходит? – Спросил он, глядя на Малькова.
– Да как обычно, загулял гражданин, – Скривился один из швейцаров, тот, что повыше ростом. – Иосиф Семенович, вы же знаете этих гавриков. Приедут, напьются до белочки, потом окна бьют!
– Случилось нападение на вашего постояльца, – Матвей понял, что нужно брать дело в свои руки, а то эти деятели его еще за ремонт заставят платить. – Я думал у вас здесь приличное место, а у вас грабители по коридорам гуляют!
Мальков повернулся так, чтобы максимально обозначить свои руки в наручниках.
– Паша, вызывай полицию! – Приказал Иосиф Самуилович. – Быстро, быстро, не стой! И ты Игорь, почему здесь? Я спрашиваю, что ты здесь делаешь? Давай, возвращайся на свое место и работай!
– Ёся, не кричи тебя в коридоре слышно!
Если что-то еще в этом сумасшедшем городе могло удивить Матвея, то это только появление Инны. Одетая во все тоже коротенькое черное платье, молодая женщина влетела в номер Малькова. За ней неотрывно следовал невысокий сухонький старичок в застегнутой на все пуговицы светлой рубашке с длинными рукавами, темных брюках с манжетами и босоножках с множеством дырочек.
– Иосиф, что здесь происходит, почему Матвей в таком виде? Немедленно сними с него эту мерзость! – Инна, повернувшись к толстяку, голосом способным заморозить, спросила: – Я не ясно сказала?
Инна брезгливо махнула в сторону наручников.
– Инна Витальевна, я здесь ни при чем! – Залепетал толстяк. – Я вообще только зашел! Я…
– Наручники! – Глаза Инны недобро сверкнули. – Быстро!
– Да-да, конечно! – Иосиф Семенович быстро пошел к Матвею, но пройдя два шага, остановился. Повернувшись, он прижал маленькие толстые ручки к груди и затряс пухлыми щеками. – Но Инна Витальевна… у меня нечем открыть! Я… Вы… у меня нет…
Муки Иосифа Семеновича прекратило появление еще одного персонажа. Это был Сенцов.
– Я смотрю, Мальков, вы все еще продолжаете искать себе приключения? – Флегматично спросил он. – А вы, Инна Витальевна, как здесь оказались?
– Паша, не думай, тебе не идет, – недовольно огрызнулась Инна. – Сними с Матвея наручники.
– С Матвея?
Фээсбэшник вопросительно поднял бровь, но видя, что у Инны совсем не игривое настроение, достал из кармана складной нож. Резким движением выщелкнув лезвие, разрезал пластиковую ленту.
– Разве это наручники? – Сенцов презрительно посмотрел на остатки пут. – Весь интернет полон роликами как избавляться от этого барахла. Не видели вы настоящих наручников. Кстати, есть умельцы, кто металлические наручники рвет! Не пробовали, Мальков?
Матвей, поднявшись с пола, отрицательно мотнул головой.
– Вот, оставьте себе на память, – Павел Петрович бросил пластиковые обрезки на кровать Малькова. – Только не потеряйте, будут вам уроком. При вашей активности, вам бы действительно некоторые навыки не помешали бы.
Вместо Матвея, обрезки пластика собрала Инна, закинула их в сумочку.
– Кто это сделал? Не твой ли дружок Шон Кейси? – Спросила она.
– Он самый, – признался Мальков. – К нему еще двое его коллег приехало…
Инна не ответила. Обвела взглядом номер, посмотрела на Сенцова, тот уже отошел в сторону и с кем-то говорил по телефону, остановилась на толстяке.
– Ёся?
– Конечно, Инна Витальевна, все будет сделано! Вашего… гостя мы переселим в другой номер. Все за счет гостиницы. – Директор «Шахрезады» взмахнув руками, стал пятиться к выходной двери. – Ну, вы здесь заканчивайте, я буду у себя.
– Инна Витальевна, – вмешался закончивший говорить по телефону Сенцов, – вы здесь по какому делу? А то Валентин Владимирович Рыбин хотел поговорить с этим искателем приключений на свою задницу!
– Уже доложить успел? – Усмехнулась Инна. – Хорошо, скажи, что приедем, но чуть позже. Я попросила Бориса Моисеевича осмотреть Матвея. Меня весьма беспокоит его травма, нужна консультация специалиста.
Павел Петрович недоуменно посмотрел на нее, затем на Малькова.
– Инна Витальевна, вы, когда успели его травмы рассмотреть? Парень первый вечер в Сочи, а вы уже его… осмотрели? – Близкорасположенные совиные глаза Сенцова округлились. – Не-не-не, Инна Витальевна, честное слово не хотел ничего плохого сказать, это я просто удивился! Я ему даже завидую, честное слово! Даже в мыслях не было!
– С мыслями, Паша, у тебя всегда плохо было! – Махнула рукой Инна. Затем повернулась к Матвею. – Ну чего стоишь, майку снимай!
Теперь пришла очередь Малькова недовольно кривиться.
– Снимай, кому сказала. – Инна кивнула на доктора. – Борис Моисеевич наш лучший специалист и было очень трудно его уговорить приехать сюда.
– Да, обычно все приезжают ко мне, – подтвердил врач. – Если бы не вы, Инна Витальевна, я бы точно не приехал. Видимо молодой человек вам достаточно дорог. Но прежде, я с вашего позволения, вымою руки.
