– Принесла нелегкая! – Продолжил сетовать Наон Семенович. – Вот только тебя здесь не хватало!
– Это кто? – Перекрикивая шум винтов, спросил Мальков.
– У нас его называют Скоро-мэр. Гуревич Денис Давидович, собственной персоной. – Проворчал эксперт, не проговаривая, а скорее выплевывая слова.
– Пока он еще не мэр и надеюсь, не таковым не станет. Наш мэр, настоящий мэр, Игнатьев, был совсем другим, а этого ему в замы из Москвы навязали. Знаешь, Матвей, если бы не… да чего уж таить и так уже все знают. Исчез наш мэр. Странно как-то исчез. – Вмешался в разговор Наон Семенович. – Второй месяц найти не могут. Пока его нет, нам этого ВРИО назначили, но вопрос, можно сказать, уже решен, скоро приставку ВРИО потеряет. А пока в Сочи его зовут «Скоро-мэр». Он сам себя так называет, когда представляется.
Мальков удивленно посмотрел в глаза опера, но столкнувшись с трудностью определения в какой из глядящих в разные стороны заглядывать, обернулся к следователю.
Тот сдержанно кивнул, перевел взгляд на опера. Матвею показалось, что губы того прошептали ругательство.
– Не делай такие глаза, Сережа, плевал я на него и его связи. Я свою пенсию давно отработал, как только этого утвердят, в тот же день рапорт на пансион напишу. – Наон Семенович нервно сдернул очки, но посмотрев на коснувшийся травы вертолет, вновь их надел. – А может и ждать не буду, напишу, как вернемся, устал я от всего этого.
Едва колеса встали на грунт, как из-за сдвинувшегося люка вертолета выпрыгнул вначале один, затем второй телохранители. Подчеркнуто поправляя висевшее под пиджаками костюмов оружие, шкафоподобные бодигарды огляделись. Один из них заглянул в салон, что-то крикнул. В ответ, на траву спрыгнул тот, кого Наон Семенович назвал ВРИО мэра.
Невысокого роста, коротко стриженный, плотного телосложения, на лице выделялся крючкообразный нос-плавник и близко посаженные быстрые темные глаза. Такое сочетание глаз и носа с узкими губами большого рта, придавали городскому начальнику некое подобие наполеоновского высокомерия, казалось, он смотрит на все и всех, кто ниже его в социальной лестнице с чувством легкого презрения и недовольства.
Будто задавшись целью соответствовать создавшемуся впечатлению, ВРИО мэра, важно вскинув голову и не глядя на спутников, зашагал вперед, охрана последовала за ним.
Последней из салона показалась крепкая, не полная, а именно крепкая высокая черноволосая женщина в синем платье до колен со сложной прической на голове. Пытаясь сохранить свое сооружение на голове в сохранности, женщина с зажатой в руке папкой, прижимала густые волосы, но все равно они выбивались из укладки и вставали колом. Заметив, что в попытке сохранить прическу отстала, дама, догоняя спутников перешла на торопливый шаг.
Будущий мэр, между тем, выйдя из-под вихря, устроенного лопастями вертолета, остановился, недовольно оглядел убогий недостроенный лагерь. Бросил взгляд на стоявшие на отдалении «вирус» и «фестиваль», задержал взор на строительной автотехнике, что выстроилась на северной стоянке. Последним его внимание привлек грубо сколоченный нужник, брезгливо скривившись, он повернулся к группе Куницына.
– Безобразие! Да, свинарник у меня лучше, – бросил он. – Кто хозяин этого… бардака?
Матвей, не поняв, кто должен откликнуться, решил, что его вопрос касается в последнюю очередь. Уж кто-кто, а он самый последний кандидат в ответчики.
– Я спрашиваю, кто здесь старший! – Прорычал Гуревич.
– Старший чего? – Уточнил эксперт. – Тут много старших, старший следователь, старший эксперт, старший…
– Заткнись! – Рявкнул ВРИО мэра, – тебя умника никто не спрашивает! Так, раз здесь с мозгами проблема, сделаем так. Старший следователь это кто?
Куницын выступил вперед.
– Я.
– Головка от… Кто я? Представься! – Потребовал Гуревич, взмахнув небольшой рукой. – И побыстрее, а то к вечеру старшим уже не будешь!
Куницын выполнил требование, затем назвал своих сотрудников. Не дожидаясь очередных понуканий, быстро доложил причину расследования, в основном повторяя слова Малькова.
Матвей же, стараясь особо не лезть вперед, украдкой рассматривал ВРИО мэра. Арбалетовец все никак не мог понять, что городском главе не так. Вроде обычный человек, а нет, что-то его во ВРИО мэра смущало, что-то в нем не так. Присмотрелся и вдруг сообразил, Гуревич – карлик! Ну да, точно маленький человек – невысокий рост, непропорционально большая голова, детские небольшие ручки и ножки. А что бы казаться хоть немного выше, ВРИО надел башмаки с толстой подошвой. Такие Мальков видел в обувном магазине в Москве на Никольской недалеко от ГУМА. Со скрытой платформой и большим каблуком, они были призваны компенсировать недостаток роста маленьким людям. Такие же ботинки теперь он узнал на Гуревиче.
Задумавшись, Мальков не заметил, что Куницын закончил доклад и теперь все взгляды сосредоточились на нем, на Матвее.
