– Я тебя спрашиваю, почему здесь ведутся работы, а я ничего не знаю? – Указующий перст ВРИО мэра уткнулся в грудь Малькова. – Мне звонят из Москвы, говорят, что на моей территории нападают на объект международного значения, а я вообще ни зуб ногой! Это что за лядство? Это как прикажете понимать?
Гуревич, сделав паузу, разведя руками, картинно огляделся.
– Мало того, что на моей территории какой-то свинарник развели, так теперь выясняется здесь до смертоубийства, дошло! Вы, лядь чем здесь занимались? Чего молчишь, я тебя спрашиваю? Или пока тебя не п. данешь, мозги не включаются? Так, скажи, моим орлам это не трудно сделать.
Брови Малькова взлетели вверх, сюр, творившийся с момента его прилета в Сочи, продолжался. А ВРИО мэра и не думал останавливаться.
– Слышь, следак, может действительно, вон теми экскаваторами вырыть котлован, сбросить все туда и закопать? Все, мумии туда, платки и… И этого придурка, – Палец Дениса Давидовича вновь указал на Матвея, – туда же! Экскаваторы потом заберем себе, там только бумажки нужно будет переделать! И все, все довольны, все смеются. Тебе ничего расследовать не надо, в говне всяком копаться не придется и городу техника новая. Как думаешь, реально такое сделать?
– Нет. – Куницын вскинул голову. – Не советую даже думать о таком.
– Вот потому и не быть тебе прокурором! Не советует он, – криво усмехнулся Гуревич. – И без тебя знаю, что нельзя, американцы уже все под контроль взяли, они в Москву с утра звонили, шум-гам подняли. А так бы…
Денис Давидович мечтательно посмотрел на стоявшую поодаль технику.
– Слышь, москвич, а ты чем здесь занимался? – Гуревич повернулся к Матвею. – Вы чего здесь ищите?
– Я ничего здесь не ищу. Прилетел два дня назад ремонтировать вот этот радиолокатор. – Мальков показал на «вирус». – Все сделал, теперь должен вернуться в Москву.
– Так что получается, среди вас гавнюков, никто не знает, чем тут занимались? Это что за бордель? У меня за спиной, здесь на сранном плато какие-то клоуны какие-то опыты проводят, люди вот мрут, а мне никто ничего не скажет? – Носок туфли ВРИО мэра катнул череп, что принес эксперт. Голова с остатками рыжих волос покатилась по зеленой траве.
– Это как раз американец был! – Вылетело из Матвея то, что он и не собирался говорить. Он никак в душе не мог примириться с мыслью, что возможно такое вот мгновенное превращение живых, полных сил людей в высохшие мумии. – Его звали Джеймс Бертон.
Услышав национальность владельца черепа, Гуревич, настороженно сощурив глаза, посмотрел на Малькова.
– Джеймс, говоришь? – Вздохнул он. – Да, надо похоронить людей, не хорошо, что они вот так валяются.
– Их в морг везти надо, – напомнил следователь, – экспертизу делать…
– Экспертизу? Ты серьезно или прикалываешь? И что ты в этих тарашках сушенных найти собираешься? Сталина на вас нет! Развелось тут умников, перестрелять бы половину! Сюда смотри! – Большая голова Дениса Давидовича качнулась в сторону останков Бертона. – Эту хрень ты собираешься исследовать? Эта хрень… это даже не вобла, ее к и пиву не пристроить! Посмотри… или понюхай, если у тебя глаз нет – там же внутри все высохло и высыпалось, а он экспертизу делать надумал! Экспертизу чего? Трухи? Костей? Для чего, чтобы узнать отчего он умер? Ты своей башкой соображаешь? Этому черепу лет… тысяч десять, наверное, на кой ему твоя экспертиза? Собрались умники на мою голову, теперь вижу ваш уровень! Теперь понятно, отчего в городе такая преступность, почему горожанам жизни нет, вы же придурки конченные! Вроде тех, что толпами по улицам бродят, нормальных граждан пугают! И давай, действуй, ты мне американцев найди, да желательно живых! Мне в Москву докладывать надо!
Не обращая внимания на выпрямившегося в негодовании Куницына, коротышка, заложив руки за спину, прошелся между палатками и столом. Звероподобные телохранители следовали за ним, как привязанные.
– Так, а вот эта бандура здесь зачем? – Гуревич, продолжая осматривать свои владения, оказавшиеся под контролем иностранцев, показал пальцем на «фестиваль».
Матвей снова промолчал, он здесь кто? Мэр сочинский, вот сочинцам и отвечать. Зато сами сочинцы решили иначе, дружно развернувшись к Малькову, они посмотрели на него. Но москвича взглядами не прошьешь, москвичи каждый день в метро такие взгляды встречают, что успели себе нарастить непробиваемую броню от любых взглядов – Матвей продолжал молчать, будто все это его не касается.
– Это георадар, – не выдержал и пояснил подошедший Кормильцев.
– О, смотри, постовой самым умным из всех оказался! – Засмеялся Денис Давидович, но в его смехе не слышалось веселья.
Сделав несколько шагов вдоль борта КАМАЗа, обернулся и посмотрел на Малькова.
– Георадар говоришь? – Глаза ВРИО мэра с прищуром впились в арбалетчика. – А не гонишь? Георадары я и раньше видел, и не раз, да только те в разы меньше. Да что в разы, их в руках носить можно. И носят. Особенно придурки, что клады ищут. А здесь махина такая! Ну, чего молчишь, москвич?
Теперь, когда вопрос напрямую адресовался ему, Матвей уже не мог отмолчаться.
