Селия позвала гостей за стол, хотя те даже опомниться не успели после быстрого забега. Положила каждому в миску грибов с кореньями, в бокалы разлила густую жидкость малахитового цвета, в пиалы насыпала землянику. Игорь с подозрением попробовал еду, но оказалось удивительно вкусно – всё таяло во рту.
После ужина гостей провели по помещениям. Коридор вёл в небольшую прихожую. Справа от входа – кухня, там что-то шкварчало и пыхало. Дальше – гостиная, где путники только что отужинали. Игорь постарался запомнить обстановку, настолько необычной она была. Овальный стол занимал середину помещения, а из стены выпирали земляные полки, на них разместилась посуда. Сквозь круглые окна было видно всё очень подробно, словно сквозь лупу. В дальнем углу в очаге, выложенном из камней, горел огонь. Причём сам по себе, безо всяких поленьев и сучьев. На полу пробивалась трава. Уютные кресла и диванчики были сплетены из прочных нитей и подвешены к потолку: хочешь – качайся, как в гамаке. Уютно.
Приведшая путников девочка подлетела и опустилась на стол. Игорь разглядел её: голова – жёлудь, тело – лист дуба, ручки-ножки – палочки. Забавная.
– Меня Эйка зовут, – назвалась она, – я из дубовиков.
Кате Эйка явно понравилась. Она достала шоколадку и угостила девочку. Лакомство приглянулось и духам, и болотнику. Так что вскоре от шоколадок и печенья лишь обёртки остались. Тут в стекло требовательно забарабанили. Айва отворила окно, и в домик влетела двухголовая птица.
– Как там, Бродяга? – спросила Селия. Бродяга покрутил правой головой и отрапортовал:
Левая голова тут же исполнила проникновенную балладу:
Песня была тоскливая, а голова завывала, да с таким энтузиазмом, что Игорю захотелось заткнуть уши. Не, прикольно подобную птичку дома завести, но слишком болтливая. Нервов не хватит!
Хирург решил внести ясность, похоже, он тоже нервничал:
– Может, расскажете, что происходит? Чего нам ждать?
Девы переглянулись в нерешительности.
– Не хотелось бы на ночь, – начала Селия.
– Я поставила оберег над укрытием, – ответила Айва. – Можешь продолжать.
Эйка и Улем сели на пол перед очагом, Бродяга забрался на полку и задремал, а Селия поведала гостям удивительную историю.
