– Ну ты и выдумщица. Не хочешь – не говори, но я-то понимаю, что ты сбежала из цирка лилипутов.
– Я не карлица! – обиделась Катя.
– Нет, конечно, – согласился Бен. – У карликов нормальное тело и голова, только ноги короткие. А ты пропорциональная, хоть и мелкая. Лилипутка. Не бойся, мы тебя не выдадим.
– Да, пигалица, – подтвердила Сара, – не выдадим. Слышали, что ваш директор – порядочная скотина. Так что молодец, что сбежала. У нас тебе будет лучше.
Сара приглашающе кивнула, и Катя отправилась с ними. Её познакомили с остальными.
– Это Сэм, наш директор, – указала Сара на мужчину, который казался угрюмым из-за густых бровей.
Его брови срослись на переносице, придавая ему злодейский вид. Встреть Катя такого ночью, убежала бы с громким визгом. Затем последовал трёхногий Алекс, в противовес ему – молодая женщина со сросшимися ногами. Она сидела на траве и плела венок из одуванчиков.
– Мы зовём её Русалка, – пояснила Сара.
У Грегори были толстые, как брёвна, руки и клешни вместо ладоней. У Лиззи – утолщённое, свисавшее складкой, точно хобот, лицо. Под конец из кибитки вылезли сиамские близнецы – сросшиеся между собой мужчины.
– Это Фил, – Сара указала на правую половину, – а это Тим.
И добавила:
– У нас цирк уродов, пигалица.
Катя чуть не грохнулась. И её, получается, зовут присоединиться к ним? Она с недоверием посмотрела на Сару и остальных: фу-у, смотреть-то на них противно, не то что жить вместе. Ну почему, почему она не добралась до Хамы и Хакки?
– Ты, конечно, миленькая, – Сэм положил ладонь ей на плечо, от этого Катя чуть не свалилась. – Но сама понимаешь, что до нормального человека тебе расти и расти.
Он хохотнул, а Катя едва сдержалась, чтобы не послать их всех куда подальше. Сравнил её и этих уродов. Юморист. Но Сара заглянула в глаза:
– Оставайся, пигалица. Сэм – порядочный человек, не обидит. Да и мы тоже. Может, мы не красавцы, но точно не злодеи. С нами тебе будет хорошо.
Катя задумалась. Оставаться не хотелось, но куда ей идти? Да и непонятно, кто ещё попадётся на дороге, и есть хочется. Она неохотно кивнула: будь что будет, выбора нет. Её позвали ужинать, и Катя села рядом с Русалкой.
– Хочешь, сплету и тебе венок? – спросила та.
Она уже нацепила на себя готовый и улыбалась, довольная. Русалка была бы милой, если бы не ноги. Чудесные волосы: длинные, волнистые и пушистые одновременно, соломенного цвета. Большие голубые глаза с длинными загнутыми ресницами, нежная кожа. С неё картины писать надо, но вот ноги… От бёдер они срослись и истончились, закончившись одной ступнёй.
«Как же она передвигается?» – подумала Катя.
И словно в ответ на её непрозвучавший вопрос Алекс подошёл, взял Русалку на руки и закружил.
«Какая красивая девушка мне досталась», – радовался он. А Катя быстро поднялась и попятилась: как бы на неё не налетели. Затопчут, и костей не соберёшь.
Сара позвала её к себе:
– Здесь спокойнее.
Поставила перед ней огромную миску, плеснула от души горячей похлёбки.
– Мясо кролика с овощами, – пояснила она, – наедайся, а то больно тоща.
Катя замешкалась: интересно, кто варил еду? Хотя какая разница, не отравится же она. И вообще, они вроде нормальные люди, а что внешне неприглядные – так в этом не виноваты. Катя жадно накинулась на ужин: как же она проголодалась. Даже руки трясутся от жадности. Она съела всё до капли, а потом вымакала хлебом оставшуюся подливку. Вкусно, не хуже, чем у Хамы. Катя решила осторожно выведать у Сары:
– Скажите, вы не видели поблизости небольшой дом? Он на игрушечный похож. Там живут мои друзья, я к ним шла и заблудилась.
Сара неопределённо пожала плечами. Катя начала описывать, как выглядели Хама и Хакки, но Сара отмахнулась:
– Да таких полно: пожилая женщина и немолодой мужчина.
– Они как я, – добавила Катя, – обычного роста, не вашего.
Неудобно, что про Хаму она больше волнуется, чем про маму, но до мамы не добраться, а Хама совсем рядом. Сара нахмурилась и потрогала её лоб:
– Температуры вроде нет. Пигалица, лилипутов мало, и все они работают на твоего бывшего владельца. Он собрал всех, уж я-то знаю – мы из одного цеха, цирковые. Я понимаю, что трудно принять, что ты – не такая, как все. Но лучше не убегать в вымысел. Добром это не кончится.
Кажется, её за сумасшедшую приняли. Ха-ха-ха.
Спать её уложили в фургон.
– На воздухе, конечно, лучше, – пояснила Сара, – но не хотелось бы, чтобы на тебя наступили в темноте. Так что спи в укрытии.
Да она мечтает об укрытии уже сколько дней. Бен открепил полку, привязанную к стене кибитки, достал тюфяк и подушку с одеялом. Сара принесла бельё.
– Сама заправлю, ты не справишься, – сказала она.
Катя поблагодарила от души: она настолько устала, что ног не чувствовала. Её голова коснулась подушки, и через пять минут она уже спала.
