Жаль, все успехи не радуют, не спасают от отчаяния, все плотнее сжимающего сердце. Ее сын, ее Арха в беде. На этом берегу - ну почему? Ведь все давно ушли! И не просто на берегу, а в плену у людей. Она ощутила его боль, осознала близость к смерти и несвободу с первого дня этого кошмара. Свет померк. Не осталось настоящего азарта и желания менять людей. Не осталось сил для работы. Правда, странные охотники сами уже привыкли меняться и взялись помогать ей. А еще уступили карету в полное распоряжение, снабдили теплой одеждой, раздобыли травы, полезные для ампари. Ёрра уговорил избавиться от паразитов и твердо заверил: никакое обращение ей не грозит. Он единственный зрец людей, поскольку второй погиб, это не прошло незамеченным. И он скажет что следует.
Леди согласилась и стала лечиться. Пьет мерзкую, вызывающую острые болевые приступы, ядовитую для людей черную глань. Заедает не менее противным тертым корнем арниса. Печень уже освободилась от заразы. Через пару дней станет гораздо лучше, силы начнут прибывать.
А зачем ей силы? И так ощущает: упрямый Шарим не стал ждать весны, как было велено. Поплыл в море, но разве его одолеть зимой? Спасибо хоть, до сих пор жив. Но, увы, находится на берегу людей и подвержен угрозе. Что ему потребовалось в столице? Ведь туда стремится, если уже не попал в этот человечий капкан из каменных стен и вонючих улочек.
Аэри всхлипнула и легла на пол кареты, не находя более сил верить в хорошее. Зачем она живет? Зачем, если впереди лишь плен и одиночество? Утрата сыновей, которую ни одна мать не осилит. К тому же она так и не знает наверняка, выжила ли дочь. Тойю увезли на побережье в столь беспросветно тяжелом состоянии… Конечно, брат обещал, что присмотрит и позаботится. Но голоса крови обоих молчат, не отзываются. Так бывает, когда ампари угасают. Или когда их мысли не возвращаются на покинутый берег.
Дверца чуть скрипнула, в карету запрыгнул сотник Фарнор. Возмущенно охнул, нагнулся, поднял, силком довел до дивана. Уложил, укутал, отругал:
- Сколько можно донимать себя ужасами! Нас учишь, а сама рассыпаешься. Что на сей раз?
- Неважно. Все хорошо.
- Ты перепутала, слепой у нас зрец, - ехидно отметил сотник. - И тот кое-что разбирает благодаря твоим усилиям. Арина, давай я скомандую привал на пару дней. Отдохнешь, погуляешь. Погода установилась: снежок, солнышко. А в столице слякоть, мне купец знакомый сказал, он как раз оттуда.
- Что еще сказал? - цепко вскинулась Аэри.
