- Не может, а толкует преизрядно, - снова не смолчал Ёрра. - Я тоже рассмотрел. Хорошее место. И стрелочки сходятся на свете Адалора, белом и чистом. Все будет успешно. Поехали, Фарнор. Занятно мы прогулялись.
- Завтра вернусь и зарисую, - пообещал самому себе Нагиал. - Необычно выглядит. Глядишь, еще пригодится Гармониуму.
- Вместе съездим, - как о решенном, коротко подтвердил Фарнор.
Аэри не обратила на слова сотника особого внимания, еще раз пристально всматриваясь в положение камней. Сомневаться в столь удивительном ответе нельзя. Но принять его еще сложнее. Ампари ушли, малочисленные и утомленные войнами, непониманием и предательством. Люди утратили часть знаний и единство, находятся на грани внутреннего конфликта. Демоны вот-вот вернутся в мир, лишенный защиты. Ее сыновья на грани гибели… Где же надежда?
Глубоко в ее усталой душе, как бы леди ни усмиряла и не одергивала себя, всегда жила эта самая надежда. Упрямая и неистребимая, уцелевшая вопреки всему. Теперь, когда ей впервые позволили показаться на свет, - испуганная и бледная, как не знавшее солнца растение.
Всю обратную дорогу Аэри проделала молча. Съела полезную кашу, жидкую и не слишком вкусную. Пожелала хорошо отдохнуть своим спутникам и ушла в отведенную для нее комнату. Просторную, теплую, лучшую. Уже засыпая, леди согласилась с самой собой. Признала, что прятаться в замке Даннар было куда труднее. Убеждать старого грифа в собственной полезности, туманить сознание случайных людей, заподозривших ее природу. Каждый день бояться за сына… Ждать неизбежного: такой вот охоты, которая обязательно придет. Рано или поздно. И станет, кто бы мог предположить, не крушением ее надежд, а началом нового пути.
Утром Аэри проснулась в прекрасном настроении. Боли не донимали, слабость понемногу уходила, с каждым днем давая все полнее ощутить: ей еще не так уж много зим. И впереди, если вдуматься, целый век… Ёрра ворчливо потоптался на пороге комнаты, пользуясь своим правом слепца навещать кого угодно и когда вздумается. Обозвал лентяйкой и велел собираться на прогулку. Снега прибавилось, мир светел, каким не был еще с осени. Даже его старые глаза кое-что разбирают за окном. Спорить Аэри не стала. И даже не спросила, куда уехали сотник и гласень. Они ведь еще вчера собирались повторно навестить храм.
И действительно ускакали задолго до зари.
Теперь эти двое сидели на пороге чужого святилища и задумчиво рассматривали свои не особенно грамотные рисунки.
- На кой тебе эта мазня?
