Знаете, я что заметил? Что чем шире у полицейского рожа, тем обычно сильнее в нем желание покрышевать заодно и духовность. А еще я заметил, что в стране, где вечером опасно выйти на улицу, а прохожие больше зэков боятся ментуры, прокуроры, как правило, обожают проповедовать. Но это так, общие наблюдения, а что касается лично г-на Устинова, то для восстановления в России понятий греха и стыда он, конечно, совершенно незаменим — ну, если не как учитель, то как учебное пособие уж точно… Помимо восстановления духовности, нашему Генпрокурору с его подручными мастерами в синем удалось в отчетный период очень многое — да практически все удалось, кроме одного. Так, сущая мелочь…
Генпрокурор Устинов: «Не удалось наконец-то нам в данный момент остановить преступность…»
А впрочем, это такие пустяки, что и говорить не о чем. Прямо сказать, не для того назначали Устинова, и переназначили в апреле тоже не для того! Выборочность зрения — вот главное уникальное свойство этого нашего государева ока: то не разглядит вины государства ни в «Норд-Осте», ни в Беслане, а то вдруг свинтит человека на ровном месте — и в клетку его. В этом своем деле Генпрокурор достиг таких ослепительных вершин, что Путин — в некотором, видимо, изумлении перед успехами ихней офтальмологии — наградил его звездой Героя России. Что же до преступности, то окончательный свет на проблему пролил в феврале этого года министр МВД Нургалиев.
Рашид Нургалиев: «Основное влияние на криминальную ситуацию в России по-прежнему оказывают агрессивные силы международного террора. Сегодня их главная задача — активизировать антиконституционные процессы в нашей стране, изменить позицию России в интересах западных стран».
Точно! А я-то все думал: чего это вечером на улицу без автомата стало не выйти, по Думам братки сидят, и у прокуроров лица хуже, чем у зэков? А это мировая закулиса! Это она нам все это внедрила, активизирует антиконституционный процесс, изменяет позицию России в интересах западных стран — и водки паленой по ларькам насовала, чтобы мы в сознание не приходили! Спасибо Нургалиеву, открыл глаза, благодетель! В свете новых угроз с Запада, азиатский (во всех смыслах) вектор нашей внешней политики определился в уходящем году окончательно. Огромный вкус при выборе друзей снаружи Владимир Владимирович обнаруживал и раньше. Про условно-досрочные поздравления рецидивисту Януковичу мать городов русских обшутилась еще зимой, а весной, после тысячного расстрела в Ферганской долине, стало уже не до шуток: поддержал Путин и товарища Каримова. Ну, чтобы не допустить оранжевой заразы, можно, конечно, и пострелять по женщинам с БТРов, чего там. Если не стрелять да не давить, с такими темпами, как в прошлом году, скоро Путину в Евразии совсем одиноко станет. Уже сейчас-то: Лукашенко, Туркменбаши, Каримов… кошка, лошадь и свинья — вот и вся его семья… Что, впрочем, не помешало нашему умельцу походя завербовать Шредера — подсадил немецкого коллегу на газок… А мы-то все думали: чего это друг Герхард про ЮКОС и Чечню молчит как в тряпочку? Ну, слава богу, все прояснилось. А то уж мы опасались: у него с головой что-то не так… Но теперь — отбивка "Все хорошо, все хорошо!"
Всеобщее счастье от наших достижений попытались испортить социологи из фонда «Общественная экспертиза», объявившие, что, по результатам исследований, Россия наконец вышла из дивизиона «частично свободных стран» и перешла в число «несвободных». Но никого это, кажется, особо не взволновало: печь с Емелей едет себе по щучьему велению на семидесяти долларах за баррель, еды хватает, и в гробу мы видели социологию! А что когда нефть упадет, все мы разом с этой печи и навернемся, — так это еще когда будет, правда? Чего заранее переживать? Авось да небось проскочим, а? Ну, и слава богу, поговорим тогда о Чечне, там все вообще хорошо, а в частности — ну просто чудо что такое!
Как сообщил корреспонденту ИТАР-ТАСС командующий Объединенной группировкой войск генерал-полковник Еделев, на территории Чечни в настоящее время действуют предположительно около 800 боевиков. СМИ в связи с этим напоминают, что по официальным данным, численность войск в Чечне, с учетом всех силовых структур, составляет около 80 тыс. человек.
