Новенького, впрочем, еще нет, но уже нет и одного старенького, а именно — Генерального прокурора Устинова. Отправлен в отставку в обстановке страшной секретности и срочности. То есть, еще вечером он был прокурор, а с утреца фельдъегерь из Кремля в Совет Федерации — шасть, в десять утра — начало заседания, а уже в четверть одиннадцатого — единогласное голосование, и нет в прокуратуре никакого Устинова! Как в анекдоте: проснулся, а голова в тумбочке… За что ж его так, спросите вы? Вопрос досужий. Передачка у нас не такая длинная, чтобы успеть перечислить все, за что Устинова следовало гнать из Генпрокуроров в три шеи, и не будем загружать эфир, тем более — все эти причины не имеют никакого отношения к его сверхсрочной отставке. А имеет к ней отношение — соображение о том, что сладкая родственная парочка, кумовья Устинов и Сечин, обеспечивая стабилизационный фонд себе и фонд будущих поколений внукам, не по чину перетянули на себя одеялко крышевания, оставив на сквознячке старых «семейных» обитателей кремлевского дивана… И видать, начало поддувать и Владимиру Владимировичу, и в ночь на пятницу он аккуратным движением ноги сковырнул Владимира Васильевича с належанного места. Владимир Васильевич был, видимо, еще в утреннем полете, когда в Генеральную прокуратуру начали звонить за комментариями. Именно этим обстоятельством, надо полагать, и объясняется непосредственность первого комментария.
В ответ на просьбу корреспондента РИА Новости прокомментировать отставку Генерального прокурора начальник Управления информации и общественных связей Генпрокуратуры Наталия Вишнякова сказала: «Пошла ты на фиг». Конец цитаты.
Вот уж точно, момент истины! Как говорилось в том романе, «бабушка приехала…» М-да. Согласитесь, в этом дивном «пошла ты на фиг» прозвучало гораздо больше, чем частное раздражение генерала Вешняковой по случаю внезапного пендаля ее начальнику; здесь — все отношение к нам, котором давно бы пора замолчать в тряпочку окончательно, не мешать им пилить бюджеты и бороться промеж собой под кремлевскими коврами, не путаться под ногами со своими вопросами, претензиями… Пошли мы все на фиг! Но на посошок, провожая Устинова в симметричный последний путь с Большой Дмитровки тоже на фиг, дадим ему возможность самому подвести итоги своей работы.
Устинов: «Не удалось наконец-то нам в данный момент остановить преступность…»
«Лидеры криминальных группировок и активные участники преступных формирований продолжают уходить от уголовной ответственности. И мы на это созерцаем, пишем отчеты, ставим липовые показатели…»
Ну, а теперь — к текущей жизни вокруг. Прежде всего, хочу поздравить всех с победой русского оружия! У нас с этим в последние годы было небогато (все больше огребаем сами), но вот наконец… Если кто не в курсе, — историческая победа эта случилась в прошлую субботу, когда московский ОМОН, вместе с Союзом хоругвеносцев и Союзом православных граждан, при участии сочувствующих скинхедов (в общем, все здоровые силы общества) успешно избили участников первого в России международного гей-парада, включая женщин и иностранных гостей, включая получившего в торец от православных депутата бундестага. В общем, практически Чудское озеро! Чтобы ни у кого не было сомнений относительно того, что же это было, — вскоре после того, как на исходе третьего часа битвы была успешно оплевана хоругвеносцами и сдана в отделение главная российская лесбиянка… — в этот торжественный час лидер хоругвеносцев, некто Симонович, по отмашке милиции свернул военные действия своих крестоносцев и поздравил бойцов вот как раз с победой русского оружия, добавив к этому сообщение о том, что Христос воскресе. «Воистину воскресе!» — откликнулись на свежую информацию хоругвеносцы плюс — частично — милиционеры из оцепления… Военные корреспонденты газеты «КоммерсантЪ», наблюдавшие за сим ратным подвигом, сообщают также, что правительство Москвы работу милиции в этот день оценило положительно. Ибо, как выразился один тамошний высокий чин, главное, чтобы геи (цитирую) «привыкали жить в соответствии с законом»! То есть, соответствие закону теперь (прошу запомнить) — это когда милиция помогает православно озабоченным избивать сексуально дезориентированных.
Следует, конечно, заметить, что наследники славного дела содомитов сами приближали час мордобоя, как могли (идея возложения ихних пестиков к Вечному огню может сделать гомофобом и папу римского), — но все-таки фашистско-христианский погром под руководством ОМОНа — это что-то новое в деле единения россиян! И пускай Запад в бессильной злобе хватается теперь за голову, пытаясь понять перед саммитом, что он забыл под председательством этой загадочной страны, — нас все это только освежает! Эдак бы каждую субботу оттягиваться — жалко, на наш темперамент никаких геев не хватит… Впрочем, на геях свет клином не сошелся: их травля — только частный случай растущего патриотического сознания. Контур этой не слишком новой национальной идеи обвел мой друг, поэт-правдоруб Игорь Иртеньев.
