Во время встречи в Ново-Огарево с группой западных журналистов, в ответ на их просьбу разъяснить смысл идиомы «суверенная демократия», Владимир Путин заметил, что понятия «суверенитет» и «демократия» вообще принадлежат двум разным сферам. Столь же критически президент России оценил и понятие «энергетическая сверхдержава», заметив, что сам это выражение никогда не употребляет.
Как же это понимать, граждане? Два года напролет вся президентская братия лечила наши слабые головы этими двумя таблетками — «суверенной демократией» и «энергетической сверхдержавностью» — и вдруг выясняется, что главврач ничего такого не прописывал. Это что же — перемена курса? Боясь отлепиться на повороте от главного туловища страны, обе партии — и грызловская, и мироновская — тут же притормозили презентацию своих партийных программ, причем спикер верхней палаты, простой как жизнь человек, так прямо и сказал: мол, мы дождемся программы «единороссов», а уж потом будем рассматривать свои варианты… В общем, случилась из-за ново-огаревских ответов Путина некоторая катавасия в верхах. Только зря они нервничали! Курс не меняется, и программы можно набивать, как матрац, той же старой ботвой, и не волноваться: плывем, куда плыли! Тут, как бы это сказать? — трудности перевода… Понимать надо: текст путинских ответов пришел к нам, убогим, в обратном переложении с английского! А это совсем другие правила игры. Из отечественных-то журналистов к президенту допускают только самых дрессированных, с заранее утвержденными в Кремле вопросами — или уже полных блондинок… А вот снаружи к солнцу нашему иногда еще проникают собственно журналисты, то есть, люди, способные задавать вопросы по существу. И вот они, мерзавцы, спрашивают его на радостях чего не попадя, надеясь поставить нашего президента в интересное положение. Но не тут-то было! Потому что для «Файненшл Таймс» у нас завсегда одни слова имеются, а для «Комсомольской правды» — другие. Что, видимо, и имел в виду идеолог Сурков, на недоумение местной публики: мол, есть на свете «суверенная демократия» или ее нет? — ответивший: мы тут не в филологическом кружке занимаемся… Что в переводе на русский разговорный означает: не скребите мозги, ешьте что дают, ваше место у параши…
Ну что же: пристыженные Сурковым, перейдем, действительно, от филологии к делам практическим. Ведь пока мы тут трындим, чешем о власть языки и мерзко злобствуем, власть делом занимается!
По сообщению агентства Интерфакс-Урал, рабочая группа Госсовета по вопросам совершенствования механизмов исполнения органами государственной власти своих полномочий планирует увеличить со 127 до 138 количество критериев, по которым предлагается оценивать эффективность деятельности региональной власти. Как заявил один из разработчиков документа, эти показатели «преследуют цель заставить каждого губернатора задуматься о том, какие резервы для развития территории ему можно найти внутри региона». Конец цитаты.
Счастливы современники наши; блажен, кто может насладиться глубиной и эффективностью номенклатурной мысли в эпоху управляемой демократии! Ведь как происходит дело в странах демократии неуправляемой — обычной, застарелой демократии типа английской? Там выборный глава графства ищет резервы развития региона без рабочей комиссии Госсовета, сам и практически наощупь. А если не находит, избиратели его просто не избирают в следующий раз, и все дела. А у нас… О-о-о, у нас совсем другое дело! У нас сначала из числа бывших сенаторов, методом напыления, организуется Госсовет — специальный орган, никакими полномочиями не обладающий, и призванный главным образом обеспечить группу пожилых государственных дядек машинками с мигалками, потому что они так привыкли. Затем в этом игрушечном Госсовете организуется рабочая группа по этой, как же ее… — вот! — «по вопросам совершенствования механизмов исполнения органами государственной власти своих полномочий», о! Затем эта рабочая группа начинает заседать на Урале и постепенно доводит количество критериев со 127 до 138. Затем крупные дяденьки в Москве съезжаются на своих машинках с мигалками в специальный домик и утверждают этот судьбоносный документ! Затем десятки мелких тетек из аппарата рассылают тот документ по регионам. Затем, уже в регионе, какой-нибудь, прости господи, Амман Тулеев, второй десяток лет живущий с полномочиями египетского фараона и не зависящий ни от кого, кроме бога солнца Ра, Владимира Владимировича, берет эту бумажку и идет с нею в сортир. Все это вместе называется — «совершенствование эффективности деятельности региональной власти». Мои поздравления!
Как мы улучшаем федерализм, вы, надеюсь, уяснили из предыдущего сюжета — теперь о том, как мы укрепляем экономику!
